Голос Малыша:
- На месте, готовлюсь к встрече!
В ту же улицу деревни почти одновременно влетели два лотерейщика -спринтера и свита Элитника в голов 20 зараженных, от матерого рубера до бегуна. Сам элитник высотой не менее 5 метров, был похож на спешенного средневекового рыцаря, закованного в ассиметричную шипастую матовую почти черную броню в стилистике «Рыцарь ада». Только забрало с толстыми вертикальными перемычками, болтавшееся внизу, оказалось на самом деле выпирающей мощной челюстью, с которой свисали слюни объемом с ведра. И эта махина неспешной трусцой, вразвалочку бежала позади всех, иногда приостанавливаясь, опираясь при этом и на передние конечности, и изредка раздавая пинки и затрещины отстающей своре.
Из верхнего люка машины, в которой был Вольский, Здоровяк открыл огонь из крупнокалиберного пулемета, высекая резкие, грубые, но такие приятные в этой ситуации для ушей бойцов звуки. Стая слегка замедлилась, захромал лоторейщик и упали два бегуна. Элитник страшно заревел, ему ответил чуть менее мощным рыком здоровенный рубер, похожий на неряшливого кинконга-подростка. Оба рванули впред, а перед ними, как гончие, два топтуна и уже пять лоторейщиков, которых норовили обогнать резкие худые фигурки бегунов. Расстояние до преследователей стало резко сокращаться, в том числе из-за неприятного сюрприза - деревенская улица из-за накануне прошедшего дождя превратилась в труднопреодолимое для броневиков с повышенной проходимостью препятствие.
Раздался голос пулемётчика-здоровяка единственного постоянно державшего визуальный контакт с зараженными:
- Сенс, в улицу, я надеюсь, вошли все твари?
Голос Сенса, находившегося в машине Малыша, был совершенно безэмоционален:
- Со стороны КРС продолжают прибывать зараженные от бегуна и ниже...
Расстояние между зараженными и броневиком Родного ползущего в жирной грязи, размятой до этого Малышом, стремительно сокращалось. Пулемет Здоровяка бил уже длинными очередями, отчего еще пять бегунов и один лотерейщик загнулись. Но потом вперед вышел кинг-конг подросток, пригнул бычью шею и, прикрывая глаза от пуль передней лапой, на трех остальных бодро похлюпал по грязи к броневику, а за ним, клином выстроились топтуны, лотерейщики и бегуны. Чуть поодаль, по сухим участкам дороги шел Элитник, похожий на адского рыцаря.
Наконец машина Родного вышла из колеи, сделанной броневиком Малыша и слегка ускорилась, продолжая уже без успеха поливать свинцом идущих клином зараженных.
Когда начало клина зараженных поравнялось со стоящей во дворе дома под сложившимися домиком снесенными деревянными воротами броневиком Малыша, Родной, разворачивая машину навстречу зараженным, прокричал в гарнитуру связи:
«Малышня, кто-то один на секунду раньше остальных долбаните из РПГ в непробиваемого Рубера, я гранате кинетики добавлю, и валите остальной крупняк!», и тут же выскочил из машины, упав на траву обочины со снайперской винтовкой.
Здоровяк остался за пулеметом в верхнем люке, а Вольский, Адидас и боец, имени, которого Вольский не знал, выскочили наружу. Выпрыгивая из кабины броневика, поручик выдернул из приборной панели фотографию Анастасии и положил ее в нагрудный карман легкого скафандра. Выскочив, Адидас с товарищем сразу воткнули в землю треногу и водрузили на нее какой-то незнакомый Вольскому реактивный бронебойный ствол большого калибра, и, слаженно действуя, начали что-то подсоединять и подкручивать. Сам поручик лёг за передним правым колесом. Он выставил вперед автомат и, положив рядом снаряженную «Муху», наблюдал как расстояние до идущего первым рубера сократилось метров до тридцати.
В тот же момент в левый фланг стремительно приближающегося клина зараженных ударила граната из РПГ, которая под действием Родного стремительно воткнулась в голову руберу. До взрыва еще три гранаты вылетели со двора и с шипеньем влетели во фланг клину заражённых. Раздались взрывы, дым от которых заволок все. Здоровяк на секунду прекратил огонь, а со стороны засады Малыша загремели автоматные очереди и взрывы гранат. В эфире крики: «Рубер - минус, два лоторейщика готовы! Сука, Топтуны! Элитник!» и частые выстрелы из всех стволов. Затем выстрелы разбавили крики боли. Потом выстрелов не стало, только крики, потом просто тишина. Дым рассеялся показав бьющегося в грязи улицы агонии рубера, поломанных и дымящихся двух лотерейщиков, и булькающих в грязной колее двух бегунов.
- Малыш, Сенс, Каспер, Контролёр? - прокричал в гарнитуру Родной. В ответ ничего. Над двором, где прятался броневик Малыша, приподнялись и с грохотом отлетели в сторону деревянные ворота, после чего над двором показалась голова элитника, с челюстей которой стекала уже не слюна, а кровь. Грозный рык элитника и со двора, где была разгромлена засада, галопом выскочили два топтуна, лотерейщик, с десяток бегунов и, громко урча, помчались к машине Родного.