Русинские офицеры кивнули Понтию, так же как и он каждому из них. Начальник базы остался стоять чуть в сторонке, Чагинский и Ракитный, как коллеги приблизились друг к другу, а Белов, как-то грустно улыбаясь, подошёл почти вплотную к стеклу, за которым был Понтий:
- Я слышал, что вы так скучаете по дому и семье, что из очередной копии загрузившегося мира забрали себе свою дочь?
- Да, пан Белов. Мне помог в этом полковник Ракитный.
- Называйте меня просто Олег Игоревич... Мне известно о Вашем плодотворном сотрудничестве с полковником Ракитным, - в этом месте улыбка у Белова несколько покривилась, что заметил побледневший полковник.
Последовала пауза, во время которой полковник Ракитный с трудом сохранял невозмутимый вид.
Расхаживая вдоль стекла и заложив руки за спину, Белов продолжил:
- Над этой частью Улья контроль делят две базы, наша и база Соединенных Штатов Америки из вашей или близкой к вашей реальности. Улей огромен и нигде столь близко базы пришельцев, внешников, как вы нас называете, не соседствуют. Мы культурно намекали американцам о том, что им лучше отодвинуться. Но они с наглостью, свойственной им в вашем мире, вместо этого наоборот идут на обострение: перехватывают торговые пути, устанавливают контроль над стабами и меняют в них правительства, как марионетки. Страдают не только наши коммерческие интересы, американцы наносят нам материальный и даже людской урон руками щедро оплачиваемых ими бандитов... Про недавнюю историю с беспилотником и гибелью отделения поручика Вольского вам известно. Силами только одной своей базы мы способны уничтожить американцев... Но наша открытая агрессия может привести к непредсказуемым последствиям. Скорее всего Нолды[1], обеспокоенные тем, что в силу своей высокой технологичности мы единственные, кто составляет им серьезную конкуренцию, могут воспользоваться этим и выступить на стороне американцев. А за Нолдами пойдут и остальные пришельцы.... Ещё такой момент... Репутация России в вашей реальности последнее время, мягко скажем, не блестяща. Это недоверие к России, среди американских, европейский и нолдских пришельцев, автоматически распространяется и на Русь, как одно из воплощений России, причем воплощении для них самом кошмарном - Русь в нашем мире единственная сверхдержава. Мы единственные из своей реальности, кто пробил себе путь в Улей, причем сделали мы это задолго до остальных пришельцев. Единственная известная на этой стороне Улья база вашей России является еще советским наследием, и сейчас фактически работает в интересах Соединенных Штатов. Хотя есть еще и Советские базы, расположенные на другой стороне Улья, которые избегают какого-либо общения с базами на нашей стороне мира.... Бог, Вселенная, Высший разум, Глобальный предиктор или Проведение, называйте как хотите, стремится во всем сохранять равновесие и при этом обладает тонким чувством юмора - базы Советских пришельцев расположены среди кластеров, загружающихся из Северной Америки и Европы вашей и близких к вашей реальностей.
Белов продолжал:
- Наших, Американских и Европейских баз там совсем нет. Там есть ещё базы вездесущных Нолдов, которые, между прочим, весьма уважительно отзываются о русских из СССР....К сожалению, нас советские пришельцы также игнорируют... Да, впрочем та сторона Улья словно отдельный мир, интересы которого с нашей стороной практически не пересекаются.
Понтий внимательно слушал вступительную лекцию русинского разведчика. Когда Белов сказал о юморе проведения, которое загружает кластеры из США и Европы туда, где стоят базы могучего СССР другой реальности, он не смог сдержать улыбку.
- Мы заинтересованы в стабильности этой части Улья. Кстати все мы относимся к находящимся тут иммунным русским с некоторой симпатией. Некоторые ваши национальные черты являются и нашими, только у вас они доведены до абсурда. Например, ваша способность действовать «на авось» - это наше гипертрофированная уверенность в своей удаче. Если у нас что-то не получается, мы, так же как и вы, поднимаем руку, и, резко опуская, говорим «хрен с ним!» и идем дальше. Среди русинской интеллигенции, имеющей доступ к тайне существования Улья, стало даже модным знать историю, литературу и традиции вашей России.
Тут Понтий не сдержался: