Наука – это смесь физики, химии и биологии в неизвестных пропорциях. Так что, готовимся ко всему.
Мы готовимся к Турниру методом погружения: день, полный алгебры, день оптики, день логических задач, день механики и так далее. Мы занимаемся темой дня, пока она не начинает лезть из ушей, потом играем в волейбол, а потом ещё несколько тематических задач. Довольно часто мы заканчиваем день ещё одной порцией волейбола. В волейболе определённо что-то есть. Это отличное средство от стресса после тяжёлой умственной работы.
Я не упоминала об этом раньше, но осенью, когда моя вывихнутая лодыжка зажила, я с помощью других убедила Тома тоже попробовать волейбол. Он согласился только с условием, что я взамен попробую пинг-понг. Так что теперь я иногда “играю” в пинг-понг (и у меня это совершенно не получается), и вся Икс-команда играет в волейбол пять на пять.
Тяжело ли готовиться к турниру? О, да. Наши “опасные” знаки находят своё применение в последние дни. Но в то же время это очень приятно. Каждый “икс” расцветает при интенсивной интеллектуальной нагрузке. Я чувствую, что все мои чувства обостряются.
Мои родители тоже это понимают и помогают. Они особенно терпеливы и внимательны ко мне. Мы едим все мои любимые блюда, лучшее место на диване на это время – моё. У меня самые лучшие родители в мире!
17. Конфликт с Беном
16 января.
Сегодня мы сделали большой блок геометрических задач. Мартист – абсолютный мастер геометрии, поэтому он обычно первым находит решение. Сегодняшний день не стал исключением, но для двух проблем я нашла лучшее решение – более короткое и элегантное. Я горжусь собой! Сам Мартист пожал мне руку.
После занятий мы пошли в спортзал поиграть в волейбол. Том и Анджело были заняты чем-то ещё, поэтому мы играли четыре на четыре.
Бен был нервным и раздражённым. В этом нет ничего необычного, все мы сейчас нервные, готовясь к турниру. Но во время игры в волейбол его раздражительность была направлена на меня.
Обычно ребята не играют в полную силу, особенно против меня. Ангел и Вождь, например, вообще никогда не используют полную силу. Я не удивлюсь, если мяч лопнет от удара Ангела, если он как следует ударит. В любом случае, общее мнение таково, что мы играем больше для удовольствия, чем для получения очков. Сегодня Бен играл жёстко.
Он был в противоположной команде. Я была сзади, он у сетки. Он атаковал и загасил, но не в переднюю зону, как обычно, а прямо в меня. Как будто он хотел меня прихлопнуть. Мяч с бешеной скоростью летел прямо мне в голову. У меня было время только выставить руки, чтобы защитить лицо. Мяч отскочил от моих рук и улетел в стену. Я могу с уверенностью сказать, в этот мяч было вложено много энергии, – рукам было больно.
– Полегче, приятель, – сказал Джим.
Мы продолжили игру, и после двух ротаций мы с Беном оба оказались у сетки. Он начал активно атаковать через меня. Я понимаю – я слабое место у сетки. Я не могу блокировать из-за моего роста (а точнее, его отсутствия), но стараюсь принять каждый мяч. Сегодня Бен забивал мячи, как гвозди. Не знаю, что его злило, но он явно вкладывал свою злость в мяч. Ну, по крайней мере, он перестал целиться мне в голову. Уже хорошо.
Я пыталась принять каждую из его атак. Первые два раза мяч как сумасшедший отскакивал в стены из-за чистой энергии, вложенной в него. Третий раз он остался в нашем поле, и Макс смог хорошо подвесить его для Джима, который мощно загасил прямо через блок Бена.
В первый раз я видела, как Джим использует всю свою силу. Похоже, он был зол, хотя по его непроницаемому лицу это трудно понять. Мяч прошёл через блок как пушечное ядро. Вождь выглядит обычным парнем, определённо не таким массивным, как Ангел, но у него железные мускулы. Поверьте, я знаю. Я ездила с ним на мотоцикле.
Мы сдвинулись по позициям, я всё ещё была впереди. Вождь подал, противоположная сторона сыграла, и Бен снова загасил через меня. Забил гол. Мои руки болели всё сильнее. Теперь в них появилось жжение.
– Бен, что ты делаешь? – спросил Джим. Его голос был спокойным. Может быть, его злость, в конце концов, была плодом моего воображения.