— Спасибо тебе, — заулыбалась Кира и обняла Себастиана, чуть ли не вжимаясь в его тело.
— Нашла за что благодарить, — усмехнулся он. — Идем, ночью тут есть на что посмотреть.
А посмотреть действительно было на что. Все улицы Манхэттена светились в огнях от разноцветных ламп, украшавших фонарные столбы, здания и деревья. Очень часто им встречались уличные музыканты, возле которых толпилась молодежь, да и люди постарше не отказывали себе в удовольствии, чтобы послушать или даже станцевать. А еще ночь оказалась самым приятным временем для прогулки: никто не обращал внимания на Стэна или Киру, так как были заняты другим.
В этом городе, а особенно ночью, время летело незаметно. А с учетом слишком идеальной и теплой погоды для середины марта, на улице было очень комфортно. Даже ветер сегодня был на стороне отдыхающих и лишь иногда еле дул свежими потоками.
Кира очень быстро забыла о неприятном инциденте. Все свое детство она считала себя не такой, потому что даже родной отец не хотел ее забирать домой. Это для ребенка означало лишь то, что он недостаточно хорош. Кира все пыталась доказать и отцу, и миру, что она достойна, что она хорошая и такой же живой человек, который хочет ласки, любви и заботы. И она ее получила, только не от отца. Поначалу от Питера, того самого детдомовского парня. А сейчас от Себастиана, который уже получал кайф от их прогулки.
Домой они добрались уже ближе к утру. Кира так находилась, что если бы не поддержка Себастиана, на которого она облокачивалась чуть ли не всем своим маленьким весом, то точно в квартиру бы заползала.
— Ночью Нью-Йорк восхитителен! Давно я так долго не гуляла, — довольно заключила Кира.
— Ты видела только часть города. Он разный, так же как и Лос-Анджелес. Только ЛА очень огромный из-за малоэтажности, не считая центра. А Нью-Йорк, я бы сказал, практически не уступает. Тоже есть нехорошие районы, тоже бомжи и крысы. Но не везде, — рассуждал Себастиан, разуваясь.
— Ну, тут ближе идти до магазинов. Лучше развит общественный транспорт, но все-таки есть пробки. Просто из-за такой застройки тут не продохнуть. Очень много людей. В ЛА все равно не так. Он просто на большей площади.
— Я люблю этот город. Как-нибудь свожу тебя в свой родной. Тебе должен понравиться, — заявил Себастиан и, дождавшись, когда Кира разуется, притянул ее к себе. — Я безумно хочу в душ и спать. И наконец-то с тобой.
***
Очередная рабочая неделя выдалась довольно напряженной, но хотя бы Себастиан и Кира работали уже в одно время, хоть и в разных павильонах. Но для Стэна это выдалось какой-то особой мукой. Мало того, что он очень часто пропадал в вагончике Киры, так еще прочитал ее сценарий.
— Никогда бы не подумал, что буду тебя ревновать к роли, — недовольным тоном заявил он, откладывая в сторону листы.
Кира приподняла одну бровь и вопросительно посмотрела на него.
— Ты про поцелуй с Альтроном? — усмехнулась она, поняв, что не понравилось Стэну. — Там его нет. Так, коснемся губами, и его отдернет от меня трос, — Кира рассмеялась с выражения лица Себастиана. — Ты серьезно?
— Весна на меня плохо действует, — пробубнил он.
Себастиан сидел возле зеркала на единственном стуле в вагончике. Он вообще пытался не упускать ни единой минуты, чтобы не покрасоваться возле Киры, которая в данный момент переодевалась.
Ее вообще съемки не по временной хронологии очень раздражали. Если братья Руссо снимали еще более-менее по порядку, то Уэндон отыгрывал сразу все эпизоды в одном помещении, следом плавно переходили на другое. Так существенно увеличивалась скорость, но порой Кира сбивалась. Ведь даже их вылазку на базу Гидры уже отсняли, прибытие в башню Мстителей. А теперь требовалось отыграть то, что в сериале было задолго до.
Но и это так не страшило, как ледяной взгляд Стэна, обращенный к ней. Все-таки в роли Баки-любовника он нравился ей куда больше. А еще у Стэна была удивительная способность вводить Киру в краску. Ему говорить-то ничего не нужно было, просто посмотреть.