— Солдат! К Нике! Устранить Райса и увести ее! — отдал приказ Брок, заметив учащение пульса дочери на мониторе.
— Отставить! — тут же раздался голос Пирса, а Ника растянула улыбку. — Просто вернись к ней, но без необходимости не вмешиваться!
— Они не в курсе… — ответил Генри.
— Да ну? — наигранно изобразив удивление, воскликнула Ника. — Так же как и Рик, когда привел меня к вам и опоил?
Генри перевел испуганный взгляд за спину Нике и тут же выстрелил. Все произошло за долю секунды. Девушка прекрасно знала, что не услышать она могла только одного человека, а страх за него заполонил ее всю. Мощным потоком вокруг нее образовался искрящийся барьер, который поглотил пулю и опалил руку Райса-старшего.
Ника резко обернулась, Солдат стоял сзади, но эти потоки никак не задевали его. Единственное, что пострадало, это очки, которые он тут же сорвал и посмотрел уже немного испуганным взглядом на девушку.
Генри схватился за опаленную руку и, тихо взвыв, опустился на колени.
— Ника, детка, прошу… — поднимая руки вверх, из-за стола показался Рик. — Что с тобой случилось?
— А ты не в курсе? — прорычала она, смотря на парня, с которым провела очень много времени. Который помогал ей выйти из затяжной депрессии и в один миг разрушил все. А сейчас его отец снова чуть не отнял дорогого ей человека, хотя Ника даже не знала, что Солдат мог спокойно блокировать пулю своей бионикой, чем часто пользовался.
— Ника, я… — продолжил он.
Но девушку заплеснула такая огромная волна ненависти, что купол состоящий из электричества резко рванул, разрушая все на своем пути. Двое мужчин превратились в пепел, а вся мебель в мелкие щепки.
— Что у вас там? — спросил Джек, когда изображение исчезло с экрана, а следом все данные по состоянию девушки.
Ника упала на колени, чувствуя сильное опустошение. Из носа и глаз выступили капли крови, а голова сильно заболела. Все происходящее вызвало сильную перегрузку в ее организме.
— Ника, успокойся, — солдат встал на колени рядом с ней и взял за плечи. — Если не прекратишь, мне придется тебя ликвидировать.
— Я немного перестаралась, — тяжело дыша, отчиталась она, держа руку на наушнике. — Дом чист. Из живых только кот и одна крыса, да и та, делает ноги.
— Забрать все образцы, уничтожить трупы подопытных и на джет! — отдал приказ Брок. — Осталось только аудио, не разнеси и его!
Она убрала руку от уха и уткнулась головой в грудь Зимнего, уже не в силах держать дрожь во всем теле. Он немного растерялся и неуверенно обнял ее.
— Я испугалась… — прошептала Ника. — За тебя, прости.
— Они не несли мне угрозы. А на таких заданиях эмоции только мешают. О чем я тебя и предупреждал, — сообщил он.
— Хаер, прости. За этот чертов код, за то, что сейчас подставляю… — проскулила Ника ему в грудь, начиная реветь. — Боже, я не плакала лет с пяти… Но я так боюсь навредить тебе.
— Ника, у нас задание. Идем, прошу, — прошептал Зимний.
Она сейчас очень хорошо слышала бешеный стук его сердца, понимала, что у него приказ устранить ее в случае непредвиденных обстоятельств, что он это не сделал только потому, что этот чертов код каким-то странным образом перестал действовать. Знала, что пора брать себя в руки, но эти его объятия… Ей до безумия не хотелось, чтобы он отстранялся. Ника сегодня стольких людей лишила жизни, что это начинало сводить с ума. Ее силы очень слабо восстанавливались по сравнению с тем, как это было на тренировках. И только сейчас она начинала понимать, что натворила.
— Идем, — сказала Ника, отстранившись от него.
Солдат очень внимательно смотрел на нее. Его намордник все еще закрывал губы, и если бы не он, то Ника не удержалась бы, чтобы его поцеловать.
«Это не любовь…» — убеждала она себя, опираясь на Солдата, когда они выходили из особняка.
Ника резко остановилась, чувствуя ступнями холод от земли. Если улучшенный слух еще работал, то остальное сильно ослабло.
— Что такое? — поинтересовался Солдат, заметив ее замешательство.
— Восстанавливаюсь долго, — поделилась она, не собираясь посвящать его в подробности. — Идем, нам на задний двор.
Люк в «погреб» был очень хорошо запрятан. Ника отыскала его практически по памяти. Хоть она и чувствовала улучшения, но все еще не ощущала пространство вокруг. А полагаться на слух тут было тяжелее, так как шум от приборов в том помещении раздавался немногим дальше, чем находился проход туда.
Зимний поднял люк, хорошо замаскированный газоном, и пристально посмотрел на девушку. Она уже стояла самостоятельно, но все еще была бледной и слишком потерянной.