Себастиан сам не понял, откуда взялся негатив к его давнему другу. Но в данный момент его очень бесило то, как Кира улыбалась Крису, а он держал руку на ее плечах, прижимая к себе. Хотя он осознавал, что Эванс не такой человек, что мог переступить грани дозволенного, а всего лишь пытался помочь замерзшей девушке.
— Пойдем, я провожу тебя в номер, — позвал Себастиан Киру, подходя к ним.
— Да, надо бы идти спать, — не дав ответить Кире, согласилась Скарлетт. — Идемте, наши номера рядом.
Кира особо ничего не успела сказать, Крис пожелал им спокойной ночи и вместе с Робертом быстро удалился. За неимением других вариантов ей пришлось пойти вместе с Йохонссон и Стэном, который ничего не говорил, пока совершенно в наглую вошел в номер Киры.
— Раздевайся и в душ, я тебе горячего кофе пока наведу, — заявил Себастиан. — И пока ты не начала возмущаться, предупрежу: начнешь возникать, я сам тебя раздену и затащу туда. Мне твои сопли завтра не нужны.
Кира чуть ли с не открытым ртом и с огромным возмущением во взгляде уставилась на него. Но, прекрасно понимая, что она замерзла так, что зуб на зуб уже не попадает, быстро взяла чистые вещи и отправилась согреваться в душ.
Горячая вода совсем немного помогла, создавалось ощущение, что Кира заморозила кости, и помочь уже ничего не сможет. Она наспех вытерлась и из ванной отправилась сразу в кровать. Завернувшись в одеяло и совершенно забыв, что Стэн с ней в номере, она пыталась прийти в себя. И очень испугалась, когда кровать сбоку от нее прогнулась.
— Ты с дуба рухнул? — возмутилась Кира, когда он в одних трусах залез к ней под одеяло.
— Я ничего с тобой не сделаю, согрею и уйду, обещаю, — сообщил он. — Я не насильник и никогда не буду заставлять никого заниматься сексом. Если ты говоришь нет, значит — нет.
— Хорошо, — согласилась девушка, повернувшись к нему спиной.
Она сильно напряглась, когда Себастиан прижался и положил ладонь ей на живот, засунув ее под футболку. Но промолчала, продолжая дрожать от холода. Он не делал ничего, что могло причинить хоть какой-то дискомфорт, а Кира очень быстро начала согреваться, получая тепло от его горячего тела.
Расслабившись в его объятиях, она крепко уснула. Даже не почувствовала, как он аккуратно убрал свою руку, накрыл ее одеялом и, тихо одевшись, ушел из номера.
Часть 14
Ника сидела на кровати, поджав свои ноги, обнимая их руками, и медленно сходила с ума. Во-первых, комната была слишком светлой, обитой каким-то мягким материалом, что не пропускал ни один звук. На него не действовала даже ее сила, когда она хотела найти выход, пыталась использовать — не вышло. Во-вторых, ее терзала полная неизвестность о том, где она и почему к ней так никто и не зашел, хотя она очнулась достаточно давно.
Ее силы как и тело восстановились полностью, по крайней мере, Ника больше не ощущала никакой слабости. Она спокойно стояла на ногах, ничего не болело. Даже промелькнула мысль, что ее вылечили, так как когда пыталась что-то предпринять, даже слабых искорок не получилось сделать, не говоря о большем. Еще ее переодели в новую сорочку, которые она уже искренне ненавидела.
Ника быстро заприметила единственное темное пятно в комнате, небольшую камеру на потолке в самом углу, и хотела ее выключить. Но и тут ничего не вышло.
И было бы все замечательно, только одиночество и уже ставшая до боли чуждой тишина сильно давили. Как и неизвестность. Когда она была у Гидры, там хоть было понятие о том, что она делает, зачем это все. Зимний, который был поначалу больше роботом, но все-таки живым и составлял ей компанию. А тут ничего. Белая комната и никого. Если ее забрали Мстители, то по логике должны были сообщить Броку, который, по идее, должен был прийти. Если только все прошло хорошо, а не наперекосяк. Что очень сильно тревожило.
Стена немного отодвинулась, на что Ника удивленно вскинула брови, и открылась совершенно неприметная дверь, запуская с собой громкий гул звуков. После нескольких часов в тишине, они показались слишком громкими, отчего девушка закрыла уши ладонями и зажмурилась.
Тишина очень быстро вернулась. Ника убрала руки от головы и посмотрела на то место, где секундой ранее открывался проход. Там стоял Роджерс и неизвестный ей мужчина. Оба с долей волнения смотрели на нее.