— Запомни, госпожа, запомни хорошенько, я сделаю для тебя все, даже если мне самой придётся броситься на дно колодца. Ты будешь счастлива. Так хотят Древние.
Только бы Древние не возжелали видеть её сестру на дне колодца, подумала Лира, это было бы слишком.
Их встретили сухо.
Как обычно, сестра и отец были слишком заняты, чтобы спуститься к младшей дочери со всеми домашними. Это немного кольнуло леди Валирейн — она не видела семью всю весну и половину лета. К тому же, сама королева одаривала её вниманием, куда большим, чем родная сестра. Но зато хотя бы старые слуги были ей рады.
— Вам очень на пользу морской воздух, госпожа, вы дивно порозовели, — заключая Лиру в объятия, ласково пропела её бывшая кормилица Сорка.
— Точно как сказано, а, — прошамкал старый садовник. — Краше солнца наша хозяйка.
Сорка распорядилась поднести обед прямо в покои леди, но Лира отказалась. Она просидела в карете всю поездку, и теперь хотела побыть на свежем воздухе. Пусть, велела, стол накроют в саду, как в детстве.
— Нам не хватает хозяйской заботы, госпожа, — жаловалась кормилица, когда они обходили поместье. — Милорд так редко бывает дома, а ваша сестра и того реже, нам постоянно не достаёт рук, старик Одар едва справляется с садом. Поглядите как он разросся, это же никуда не годится!
Лира участливо кивала, поглядывая в окна особняка. Неужели сестра даже не выглянет?
— Я слыхала, вы, госпожа, отдыхали с самой королевой? Какая честь! Ах, если бы она родила хоть одного принца…
Поместье и правда выглядело немного запущенным, но зато свежего горного воздуха здесь хватало, и даже солнце не казалось таким жестоким, как в низине. Лира вспоминала свои детские игры под сенью этой вот старенький ивы, аромат осенних яблок, настои, которые Сорка варила из местных слив. Все эти красоты поросли сорной травой, но все ещё не утеряли очарования.
— Госпожа, — отвлекла её Сорка шепотом, — а эта… девица… теперь всегда с вами?
— Альма? — Валирейн оглянулась — ведьма неслышно следовал за ними, по-звериному водя носом. — Да… она заботится обо мне.
— Она и обедать с вами будет? Ее место с другими слугами.
— Нет, — отрезала Лира. Кормилица ухаживала за ней, когда умерла матушка, вырастила её, но Валирейн уже не ребёнок, к тому же она здесь госпожа и Сорке лучше об это не забывать. — Альма не слуга. Она будет обедать со мной.
Женщина недовольно поджала губы, но кивнула:
— Как вы скажете, миледи.
Ветер трепал полы шатра, игрался с ажурной скатертью и длинной бахромой горных цветов, которыми Сорка украсила их стол. Обед был скромный, Лира никогда не ела много. Зайчатина в подливе, немного фруктов. Альма, напротив, ела плотно — леди давалась диву, как в её маленькое тело влезает столько еды. Но хуже всего, что она делала это руками, как дикарка, а на приборы даже взгляд не бросала. Лиру это уже не смущало, она привыкла, но другие — нет, поэтому чаще всего леди все же отсылала ведьму обедать со слугами. К тому же Сорка была права, этикет не вынес бы такого кощунства. Но не здесь. Это её дом, не королевский дворец, не поместье какой-нибудь чужой высокой леди, они здесь не гости, а хозяева, поэтому есть могут как им вздумается и с кем вздумается. Да и наблюдать за тем, с каким лицом Сорка смотрит на Альму, было крайне забавно.
— Это вкусно, — по-свойски заявила ведьма, обращаясь к кормилице, — Но добавь туда пряностей, будет лучше.
Служанка чопорно кивнула, и Лира тихо хихикнула в кулак.
— Насколько я помню, — заметила Сорка, — госпожа Оронца с детства страдала страшными кашлями и плохо переносила специи.
— Те времена забрали боги, забрали, пережевали и выплюнули в небытие. Госпожа теперь здорова, — ведьма подмигнула Лире, и та благодарно улыбнулась в ответ.
Но Сорке, было видно, слова Альмы не понравились, она поглядела на неё подозрительно сузившимися глазами, как когда-то давно глядел на Лиру, если той случалось не слушаться или проказничать.