Пол огорченно развел руками.
— И что мне делать? Я же не могу тут сидеть вечно! У меня дел выше крыши.
— Тут не можешь. Мама через час придет, ей про тебя лучше не знать. — Настя говорила уверенно, глядя в глаза Полу. — Но время еще есть. Нужно сбрить бороду, волосы подстричь. У бабушки в шкафу дяди Лешина одежда осталась. Переоденешься, и мы с тобой пойдем в Зуево.
— Куда? — не понял Пол.
— В Зуево. Это деревня, тут рядом, пять километров через лес. Там маршрутки ходят до Фряново, сядем, уедем. А уже оттуда можно звонить.
— А дядя Леша этот кто такой? — зачем-то спросил Пол, обдумывая план, предложенный Настей.
— Бабушкин сын, мамин брат. Он сейчас в Норильске, на три месяца уехал по контракту. Они там завод какой-то строят, что ли. Ну вы согласны?
Пол встал.
— Говори мне «ты». Мы же…
— Решили, — закончила за Пола Настя и кивнула на часы. — Тогда быстро в ванную!
Сбривать бороду было не то чтобы жалко. В конце концов, что такое борода? Так, баловство, дело наживное, сбреешь эту — вырастет новая. Петр Первый вон всю страну заставил бриться, и ничего, никто не умер. Правда, налог на особо упертых был. Хочешь быть хипстером, плати в казну.
Пол поморщился, разглядывая себя в зеркало.
«На самом деле это всегда так, — пронеслось у него в голове. — За право быть самим собой нужно платить».
Но все же что-то незримое, невещественное, но очень важное не давало Полу покончить с бородой.
— Эй, ты там не уснул? — раздался за дверью голос Насти. — Я одежду приготовила.
— Сейчас! — Пол открыл горячую воду, набрал полные ладони, бросил прощальный взгляд на себя, бородатого, и вдруг понял!
Бородка была для него не украшением лица, не данью моде, не признаком мужественности, а символом той жизни, которую он вел несколько лет, отличительным признаком Пола Смолла, удачливого и популярного блогера, ютубера, хайполова и хайподела. Судя по всему, сейчас он утратит этот символ, а вместе с ним — и прошлую жизнь.
Это осознание заставило Пола зажмуриться. Ему сделалось страшно, как в детстве перед неизбежной дракой после уроков или походом к стоматологу.
Ноги едва не подогнулись, сердце быстро и гулко заколотилось, кровь запульсировала в висках.
— Сука! — тихо и зло сказал Пол, ни к кому конкретно не обращаясь, и решительно погрузил лицо в горячую воду.
Он сбрил бороду и высунулся за дверь, намереваясь забрать одежду. Там его поджидала Настя с триммером в руках. Она буквально втолкнула Пола в ванную комнату, включила машинку.
— Наклонись над ванной! — В голосе девушки звучал металл.
— Ты что хочешь делать? — Пол озадаченно посмотрел на новую знакомую.
— Тебя надо постричь, — заявила Настя. — Нагибайся быстро. Я умею, всех двоюродных братьев стригу.
Пол глубоко вздохнул, мол, опускаюсь все ниже и ниже, и покорно наклонился над ванной. Триммер вгрызся в волосы на затылке, и спустя десять минут все было кончено.
— Давай, смывай это. Нам пора выходить. Одежда на стиральной машинке. — Настя распоряжалась его действиями так уверенно и решительно, что Пол опять почувствовал себя маленьким мальчиком. Рядом с ним была строгая воспитательница.
Он переоделся в какие-то дешевые китайские шмотки с оптового рынка, аккуратно сложил свои брендовые вещи в пакет и посмотрел на себя в зеркало. Оттуда на Пола взглянул странный субъект, почти лысый, в темной толстовке с капюшоном и искусственно вытертых джинсах, человек неопределенного возраста с очень испуганными глазами.
«Очки нужны», — решил Пол, вышел из ванной и спросил:
— Настя, у тебя темных очков нет?
— Может, тебе еще золотые часы и кожаную куртку? — сердито спросила девушка.
Она стояла в прихожей, уже одетая, с рюкзачком в руках.
— Что ты возишься, как девочка? Время! Давай быстрее!
Глава 6
— Я себя чувствую ходячим отстоем, — с тоской в голосе простонал Пол. — Людям стыдно показаться.
— Стыдно — это когда видно. А у тебя все застегнуто, — грубовато пошутила Настя, и Пол словно бы вернулся с неба на землю.
Никакая она была не воспитательница. Обычная провинциальная девка, не очень-то умная и образованная, в меру симпатичная, потому что довольно молодая. Лет через десять, если не тренироваться каждый день, обвиснет зад, расползется талия, потом пойдут морщины, мешки под глазами, целлюлит. И готово. Будет толстая бабища, продавщица или бухгалтерша. Злая, сварливая, мерзкая.