— Ух ты! — искренне восхитился Пол.
— Это называется «деринджеры», — сказал Семен Моисеевич. — Одноствольные пистолеты для путешественников по морю конструкции американского оружейника Генри Деринджера. Незаменимая вещь в поездках. Калибр десять миллиметров. На пяти шагах способны пробить сосновую доску в три дюйма. Практически из такого же пистолета актер Бут убил президента Соединенных Штатов Америки Авраама Линкольна.
— Но это же оружие, — пискнула Настя. — За него не посадят?
— Согласно Федеральному закону об оружии 150-ФЗ, «старинное (антикварное) оружие — огнестрельное, метательное и пневматическое оружие, изготовленное до конца 1899 года (за исключением огнестрельного оружия, изготовленного для стрельбы патронами), а также холодное оружие, изготовленное до конца 1945 года, является культурно-исторической ценностью и предметом коллекционирования. За нарушение правил коллекционирования или отсутствие лицензии предусмотрено административное наказание», — нудно проскрипел Семен Моисеевич.
— Штраф то есть, — сказал Пол и понимающе кивнул.
— В то же время правильно заряженный «деринджер» может спасти вам жизнь. — Семен Моисеевич искоса посмотрел на Пола своими черными глазками. — Я вас научу, Павел. Это просто. Смотрите, вот мерка для пороха. Из нее вы и насыпаете его в ствол. Далее берете пыж, забиваете шомполом, закладываете пулю и фиксируете ее вторым пыжом. Затем взводите курок, надеваете на эту вот брандтрубку капсюль, а потом… — Старик вытянул руку с пистолетом и нажал на спусковой крючок.
Грохнул выстрел. От деревянного щита, стоявшего у дальней стены, отлетела щепка.
— Вот так! — В голосе старичка послышались торжествующие нотки. — Теперь вы, Павел! Смелее!
Пол вспотевшими руками взял теплый после выстрела пистолет и принялся заряжать его, стараясь в точности выполнять все предписания Семена Моисеевича.
— А соседи? — опасливо спросила Настя, принюхиваясь к пороховому запаху в мансарде.
— Исключено, — ответил хозяин квартиры. — Звукоизоляция здесь стопроцентная.
— Все, Павел, теперь мы в расчете, — сказал на прощание Семен Моисеевич. — Признаться, не люблю быть должным. Всех благ!
Монументальная дверь с грохотом закрылась.
— А почему же он живет в обычном доме, если такой крутой? Мог бы свой купить на Рублевке или еще где-то. — Настя вопросительно посмотрела на Пола.
— Он же не олигарх, не из новых русских, как их раньше называли. Он настоящий, понимаешь? Поэтому шифруется. Ты на чердаке когда была, видела, сколько там железных шкафов? Это все сейфы, а в них коллекции — ордена, монеты, оружие, фарфор. Никто об этом не знает. Ни соседи, ни знакомые.
— А ты откуда узнал? — Любопытство заставило Настю тут же задать и следующий вопрос: — Как вы вообще с ним познакомились?
— А вот из-за скрытности его и познакомились. Он предоставлял часть своей коллекции, по-моему, старинные книги и как раз ордена, на какую-то военно-историческую выставку. Там что-то подрезали… — Пол заметил недоумевающий взгляд Насти, улыбнулся и пояснил: — Украли. Вор оказался местный, из администрации выставки. Был большой хайп. Мы смонтировали сюжет с моими комментами, все как обычно. Этот самый Семен Моисеевич приехал ко мне накануне выхода ролика, ночью, и попросил не пускать его. Не хотел светиться.
— И ты не пустил?
Пол усмехнулся и ответил:
— Пустил, конечно. Только без него. До пяти утра перемонтировал. Он мне, кстати, деньги давал, но я не взял.
— Почему? — спросила Настя.
Пол снисходительно посмотрел на девушку сверху вниз, согнал с лица улыбку и проговорил:
— Потому что он попросил по-человечески. Поняла?
Настя кивнула.
Они какое-то время шли молча, обогнули дом и вышли из двора на улицу.
Первым молчание нарушил Пол:
— Сейчас я поеду на вокзал, куплю билет до Нижнего. Надо гостиницу забронировать через Интернет. Сможешь?
Настя снова кивнула.
— Потом я тебя на автобус до вашего Нижнемосковска посажу, — продолжил Пол. — А когда вернусь и все разрулится, позвоню. Договорились?
— А мне с тобой нельзя? — тихо спросила Настя и с надеждой посмотрела на Пола.
— Нет, — решительно сказал он. — Ты мне очень помогла, правда. Поэтому я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. — Пол остановился, взял Настю за руки и прижал их к своей груди.
Он сделал это неосознанно, на рефлексах. Наверное, со стороны все это выглядело донельзя романтично и даже театрально, но Полу было наплевать.
Он посмотрел Насте в глаза и тихо проговорил: