Сейчас он узнал, что начинал отец не просто как какой-то рядовой жулик. Нет, это была самая настоящая мафия, банда, не останавливающаяся ни перед чем.
После того как пивные короли Нижнего были обложены данью, «Нагорка» прогремела на весь город, и на молодых рэкетиров наехали старые воры.
— Знаешь, это такие законники были, мы их синяками звали, — похохатывая, рассказывал дядя Леша. — За наколки. Они всю жизнь по зонам торчали, верили в воровской закон. Вся вот эта блатная байда — какой ты масти, кто по жизни, вы фраера малолетние, а мы тут короли по жизни, пиковые тузы, сейчас вас уму-разуму научим.
Старые воры назначили молодым конкурентам стрелку, намереваясь прессануть их. Тайга собрал группировку и поставил вопрос ребром: или они нас, или мы их. Третьего не дано.
— Он хорошо умел убеждать, Тайга-то. «Я, — говорит, — хочу «Мерседес», квартиру, телку с ногами от сисек и коньяк французский перед видиком пить. Дом на Волге на лето и катер. А если мы под воров прогнемся, нам придется по их законам жить, полжизни на нарах чалиться, татуировки бить с куполами и по фене ботать. Мне в хрен не уперлись такие перспективы». Короче, вопрос с ворами надо было решать раз и навсегда. Тут Андрюха, отец твой, и сказал, мол, стволы нужны.
Такая постановка вопроса многих напугала. Одно дело — махаться на улице против таких же пацанов, как и ты, потом пить в подвале разведенный спирт «Рояль» и хвалиться синяками, и совсем другое — воевать с взрослыми уголовниками, настоящими убийцами и бандитами.
Большая часть группировки быстро отсеялась. Пацаны перестали приходить на веранду. Так называлось место сбора «Нагорки» в старом детском садике, уже три года стоявшем пустым, с заколоченными окнами. Те, кто остался, были готовы на все. Во главе «Нагорки», помимо Тайги, как-то сам собой встал Андрей Мальцев. Дядя Леша, Воропай и Гарь стали его ближайшими сподвижниками.
В окрестностях Горького, уже переименованного в Нижний Новгород, да и в нем самом располагалось великое множество воинских частей.
«Жить хорошо все хотят, — сказал отец Пола. — А прапорщики особенно. Надо искать «сапога» с военного склада».
Нужный деятель обнаружился весьма скоро, не прошло и недели. Старший прапорщик со смешной фамилией Дерибаба был готов продать три укороченных автомата Калашникова с запасными рожками и цинком патронов, но заломил за них несусветную цену в двадцать тысяч долларов. За такие деньги в то время можно было купить новый «бумер» — черный седан «БМВ-315» с инжекторным движком и автоматической коробкой передач.
— Мы мяться начали, — улыбаясь, рассказывал дядя Леша. — Типа, дорого же, таких бабок у нас и близко нет, давай, мол, заднюю включать. Но Андрюха четко сказал: «Берем!», а Гарь его поддержал, как всегда. И Тайга одобрил. — Он замолчал и странно посмотрел на Воропая, словно приглашая его продолжить рассказ, но тот отвернулся.
— И что, взяли? — поинтересовался Пол. — А деньги где нашли?
Дядя Леша засопел, подцепил на вилку кусок бастурмы, отправил в рот и через некоторое время ответил:
— Взяли. Но без денег.
Воропай уколол Пола взглядом и принялся разливать водку по рюмкам.
— Упокой господи души всех убиенных, — торжественно сказал он, поднимая наполненную рюмку. — Каждому воздалось по делам его.
Пола мороз продрал по спине. Он вдруг понял, что случилось со старшим прапорщиком, носившим смешную фамилию Дерибаба.
Все выпили, закусили, помолчали.
— Ну а потом с ворами разобрались, — буднично прогудел дядя Леша. — Воздух в городе сразу чище стал, да. Комерсы чухнули, кто теперь сила, сами пошли, косяком. Тут и началась та жизнь, о которой Тайга нам толковал.
После расправы с авторитетными конкурентами «Нагорка» превратилась в центральную контору Нижнего Новгорода. Ее руководители поселились в собственных коттеджах, обзавелись охраной, ездили на дорогих иномарках. У них образовались гаремы из «мисок». Так они называли победительниц невероятно популярных в то время конкурсов красоты, которых непременно величали «мисс Москва», «мисс Поволжье», «мисс Чебоксары» и так далее.
Под крышу «Нагорки» мечтали попасть все бизнесмены города, но вчерашние уличные бойцы теперь были разборчивы и покровительствовали только серьезным, богатым фирмам.
Хотя всерьез они научилась работать не сразу. Поначалу отец Пола и его друзья попытались влезть в ВПК, наложить свою лапу на военный завод, производящий системы связи и локаторы для зенитно-ракетных комплексов, которые шли на экспорт.
— Батя твой нам сказал: «Они за валюту торгуют. Это лучше, менять деревянные на баксы не нужно». — Воропай принял эстафетную палочку у дяди Леши, ушедшего в туалет. — Пришли мы к их директору, а у него крыша из ФСБ оказалась. Не наш уровень, короче. Еле отбились.