— Вы говорите так, как будто мы на войне.
Я вспомнила слова своего отца о том, что невинные и виновные страдают одинаково.
— Это не ответ на вопрос.
Я с трудом сглотнула, во рту так пересохло, и он задал вопрос по-другому.
— Если бы тебе пришлось выбирать между своей семьей, своей общиной и Штейнами, кого бы ты выбрала?
— Конечно, свою семью и общину.
— Возможно, то, чем я собираюсь поделиться с тобой, положит конец тем чувствам, которые ты испытываешь к нему, так было бы лучше для всех.
Я ничего не сказала, и он встал и принёс чёрный портфель, чтобы положить его на пол между нами. Я встала, и у меня всё закружилось, но мне удалось сесть на пол перед портфелем. Смешок сорвался с моих губ, затем ещё один, мне нужно было сосредоточиться.
— Я думаю, что это плохая идея, рассказывать мне что-то, когда я в таком состоянии, — сказала я, вспомнив о таблетках. Он проигнорировал мои слова и открыл портфель, внутри была куча папок. Он вытащил первую.
— Как ты уже знаешь, семья Штейн несколько своеобразна, но многие не знают, каким извращенным образом они познакомились. Несколько десятилетий назад в канадском городе орудовал серийный убийца. — Он открыл папку с газетными вырезками. — Ему приписывают четыре убийства.
Он открыл папку, полную вырезок из газет и показал мне одну, на которой была изображена очень милая светловолосая девушка с грустным лицом, которое показалось мне знакомым.
— Единственную выжившую, молодую девушку Флёр Дюпон, поместили в психиатрическую больницу на окраине Торонто, где также содержался Мейсон Стивенс, — он передал мне фотографию молодого человека с взъерошенными волосами и разным цветом глаз. — Который позже оказался серийным убийцей, которого так долго искали. Но в итоге он похитил Флёр, забрав её с собой, канадские власти больше ничего о них не слышали, и дело было прекращено и закрыто.
— Какое это имеет отношение к Штейнам? — он проигнорировал мой вопрос и продолжил своё объяснение.
— В этом деле работал специальный агент по имени Пирс Фергюсон, который работал под прикрытием в психиатрической больнице, — он передал мне фотографию агента. — Он запросил перевод из полицейского управления и после этого исчез. Приёмный брат Мейсона: Адам Стивенс также исчез, — он передал мне ещё одну вырезку, на которой рядом стояли дама, мужчина и их двое детей. Подпись к фотографии гласила: "Стивенсы". Он поместил фотографии Адама, Пирса и Мейсона по бокам блондинки. И всё это щёлкнуло у меня в голове.
— Они... это... Штейны?
— Каким-то образом она оказалась с ними тремя, сменила имя и фамилию, уехала жить в Германию, где создала свою семью и родила детей.
— Но... её похитили и она вышла за них замуж? За убийцу? Не понимаю.
— Я рассказал тебе об этом только для того, чтобы ты поняла контекст начала истории, но я ещё не сказал тебе самого главного.
— Есть ещё что-то?
Он вытащил файл, который назывался Мейсон Стивенс.
— Мейсон — известный психиатр, но его психиатрические записи тех лет описывают его как жестокого и склонного к манипулированию психопата, не говоря уже о том, что он был признан серийным убийцей тех лет в Канаде.
У меня разболелся живот.
— Мейн Штейн — это Мейсон, — пробормотала я и вспомнила свои слова об угрозе Хайсу, мне следовало молчать.
— Да, что касается Пирса Фергюсона, то он был специальным агентом благодаря своей способности проникать в умы убийц, которых он преследовал, многие из его коллег описывали его как социопата, такого же манипулятора, как Мейсон, но более нестабильного.
Я вспомнила сероглазого мужчину. Я ничего не сказала и облизнула губы, чувствуя, как они пересохли, неужели все эти месяцы я жила рядом с такими людьми?
— Адам Стивен, кажется, единственный нормальный, — он вручил мне ещё одну серию вырезок из разных городов в Германии. — Дело в том, что, куда бы они ни отправились, там происходят странные смерти или исчезновения, в преступном мире их зовут "охотники". Их цели: извращенцы, педофилы, насильники, убийцы и т. д. Они хотят сами вершить суд.
— Почему?
— Мы не знаем, но ходят слухи, что это как-то связано с ней, — он указал на Флёр.
— Возможно, это она проявила инициативу.
— Кто они такие, чтобы решать, кому жить, а кому умереть?
— Верно, но это подводит нас к важному моменту, Лия, как ты думаешь, почему они переехали в Уилсон? Учитывая их послужной список, мы знаем, что они приехали сюда не просто так.