— Мила...
— Флёр... - прошептала она мне. — Меня зовут Флёр Дюпон.
Она подняла руку, позволив снежинкам упасть на её ладонь. Задумчивая улыбка изогнула её губы.
— В ту ночь тоже шёл снег, — начала она.
В ту ночь, когда я убила своих родителей и младшую сестру, — она закрыла ладонь. — Я родилась во французском городке и верила, что я счастлива, что моя семья идеальна. Это было так далеко от реальности, пока я верила в эту ложь, которую создал мой разум, появилась красная королева и пережила сексуальное насилие со стороны моего отца, — она раскрыла ладонь, показывая то, что осталось от снега. — Я думаю, снег всегда знал, каким будет мой конец.
— Это не обязательно должен быть твой конец, Флёр.
Она повернулась, чтобы посмотреть мне в глаза.
— С меня хватит, Лия. Я смирилась с тем, что это мой конец, — она вытерла слезу с моей щеки. — Я смирилась с тем, что уйду и забрать с собой монстров, которых я непреднамеренно создала. Это справедливо.
— Это не так, — я покачала головой.
— Я устала, Лия.
Её лицо исказилось в гримасе печали, а глаза покраснели.
— Я очень устала, у меня была более долгая жизнь, чем я ожидала, и прекрасная семья, но я больше не могу. Я хочу отдохнуть, я хочу быть в покое. Поэтому, хотя я знаю, что мои мужья этого не поймут, ни мои дети, ни даже Ретт, мне нужно, чтобы ты поняла это, потому что ты единственная, кто сможет передать им моё послание.
— Ты... ты была так добра ко мне, ты прошла через столько всего... - я сделала глубокий вдох, чтобы говорить. — Ты не заслуживаешь этого, нет...
— Лия, — безмолвные слёзы катились по её щекам. — Мне нужно, чтобы ты, мои мужья и мои дети поняли, что вы ничего не смогли бы сделать, чтобы предотвратить это. Единственный человек, ответственный за это мёртв, и это главное. Скажи им... - её голос сорвался. — Что они замечательные, и что я ушла с миром, что они не должны мучиться, что меня не нужно было спасать, не в этот раз.
Её губы дрогнули, когда изо рта вырвался всхлип, но она выпрямилась, морщась от боли из-за раны, и продолжила:
— Передай Мейну, что никакая терапия или лекарства не изменили бы ситуацию.
Она вздохнула.
— Скажи Пирсу, что я собираюсь прокатиться на тех качелях, на которых мы привыкли воображать, что можем путешествовать по всему миру и убежать от своих проблем, когда были молоды. Скажи ему, что для меня было честью получить всю теплоту, которую он скрывал за своим холодом.
Она закрыла лицо, чтобы немного поплакать, и я осторожно обняла её.
— Я скажу ему, обещаю тебе, — сказала я у неё на плече.
Она отстранилась.
— Передай Вальтеру, что его любовь и преданность давали мне много покоя на протяжении всей моей жизни. А моим детям... - её голос снова сорвался. — Скажи им, что я не смогла бы уйти с миром, если бы не знала, что с ними всё будет в порядке, они очень умные ребята, и мне очень повезло, что они у меня есть.
Она опустила взгляд.
— Я хочу, чтобы они знали, что можно на время поместить Фрея в лечебницу, если они не смогут с ним справиться. Это нормально, что он получит необходимую помощь от профессионалов, я не хочу, чтобы они чувствовали себя виноватыми за это, иногда мы любим так сильно, что думаем, что этого достаточно, чтобы спасти тех, кого любим, мы думаем, что можем справиться со всем. Фрей... - она с грустью сжала губы. — Он очень особенный мальчик, но он может быть жестоким, и я не хочу, чтобы он делал то, о чём он будет сожалеть всю свою жизнь, потому что меня больше не будет рядом, чтобы помочь ему, предотвратить это. Боже, — она вздохнула.
— Я так их люблю. Лия, — она взяла меня за руки. — Ты передашь им? — её голос уже слабел.
— Я обещаю, Флёр Дюпон, — я уже открыто плакала. — Я обещаю.
Она повернулась, чтобы посмотреть на Ретта, его безмолвные слезы скатились по щекам.
— Ты отличный парень, Ретт, — она взяла его за руку и сжала её. — Ты доказательство того, что всё, что я сделала, было не напрасным.
Ретт не сдержался и обнял её своим раненным плечом.
— Мама, ich liebe dich so sehr (я так сильно тебя люблю), — прошептал Ретт у неё на плече.
— Ich weiß (знаю), — она нежно погладила его по спине. — Я тоже тебя очень люблю, Ретт.
Отстраняясь, Флёр медленно моргнула и слабо выдохнула. Она склонила голову набок, чтобы положить её на здоровое плечо Ретта.
— Расскажи мне что-нибудь, Ретт, счастливое воспоминание, — пробормотала она, закрывая глаза.
Ретт глубоко вдохнул, и я отвела взгляд, зажала рот и тихо заплакала.
— День, когда я встретил Хайса, Кайю и Фрея, был одним из самых счастливых воспоминаний моего детства, — начал Ретт.