А ты? Что чувствуешь ты, Лия?
Ничего.
Я ничего не чувствую к нему.
Наталья.
Я резко открыла глаза, выбросив из головы все мысли о Хайсе. Наталья этого не заслужила, никто этого не заслужил. Я ненавидела эту часть себя, эту сторону, которую иногда не могла контролировать, и это причиняло боль дорогим мне людям.
Стук в мою дверь удивил меня, я взглянула на тумбочку, а было уже больше десяти. Я подтолкнула себя локтями, чтобы сесть.
— Ты не спишь, дочка? — спросила мама с другой стороны.
— Нет, заходи.
Мама открыла дверь, но, к моему удивлению, она была не одна. Наталья стояла рядом с ней, её глаза были красными, а руки скрещены.
Я нахмурилась.
— Наталья... она хочет переночевать здесь, дочка, у неё был тяжелый день, — объяснила мама.
Я встала на ноги.
— Конечно, заходи, — сказала я, взяв её за руку и заводя внутрь.
Мама пожелала нам спокойной ночи, а Наталья просто сидела на моей кровати, опустив голову. Я села рядом с ней, с тревогой.
Я дала ей время, потому что знал её, было глупо спрашивать, всё ли с ней в порядке, когда было очевидно, что это не так.
— Извини, что появилась так неожиданно, я просто... я не знала, куда ещё пойти, я...
— Эй, — я взяла её за руку на кровати. — Что бы ни случилось, ты всегда будешь со мной, а я с тобой.
Её глаза наполнились слезами.
— Я знаю и... - она сделала паузу, сделав глубокий вдох. — Эти дни заставили меня задуматься о стольких вещах, о том, как плохо я поступила, позволив Джесси беспокоить тебя, как я молчала, — её покрасневшие глаза встретились с моими.
— Мне очень жаль, Лия.
Её извинения, хотя и запоздалые, заставили меня понять, что мне не нужно, чтобы она извинялась, тем более сейчас, когда я была той, кто должна была просить у неё прощения за то, что не оттолкнула её парня.
— Всё в порядке, Наталья, мы никогда не позволяли прошлому влиять на нас, не так ли?
— Я ушла от тебя, потому что... я хотела защитить тебя, Лия, я не хотела запятнать твою репутацию своей, даже если ты не поверишь, я очень тебя люблю.
Я знаю это.
— Я тоже люблю тебя, Нэтти, — прошептала я и заключила её в объятия. Она тихо плакала, её тело содрогалось.
— Я так по ней скучаю, — пробормотала она мне на плечо, я знала, что она имела в виду Джесси. — Я не могу поверить, что она прыгнула, Лия, она... она была такой сильной, такой полной жизни. Образ её прыжка повторяется в моей голове снова и снова, и я начинаю думать, что, если бы я, может быть, быстро подошла или что-то в этом роде, может быть...
— Эй, — я отстранилась от неё и взяла её лицо в свои руки. — Не делай этого, Наталья. Не наказывай себя таким образом, мы не можем изменить то, что уже произошло, как бы нам этого ни хотелось, ты только причиняешь себе боль, думая о таких вещах.
Она положила свои руки поверх моих.
— Это так больно, Лия, я не знаю, как справиться с этой болью.
Это давило мне на грудь, потому что я могла только представить, что, если что-то случится с Натальей, я была уверена, что буду чувствовать себя так же или хуже.
— Я не могу солгать тебе и сказать, что боль пройдёт, потому что это неправда, но она станет более терпимой, Нэтти, и ты научишься жить с ней.
— Откуда ты знаешь?
Я убрала руки с её лица. Я сделала долгий вдох, прежде чем медленно выдохнуть, и она, казалось, вспомнила.
— О, конечно, извини, я идиотка.
— Хорошо, я рада, что ты забыла, это вселяет в меня надежду, что когда-нибудь я смогу сделать то же самое.
— Ты гораздо сильнее, чем думают люди, — она подарила мне улыбку, и чувство вины снова охватило меня.
Сейчас было не время говорить ей об этом, ей и так было достаточно, но я сомневалась, что было вообще подходящее время, чтобы сказать что-то подобное.
Однако этой ночью я позволю ей отдохнуть, а утром, когда она отдохнет, я скажу ей об этом.
Наталья быстро уснула, и я долго смотрела на неё, не в силах заснуть. Я осторожно встала и подошла к своему окну, присев на край. В доме Штейнов было темно, окно Хайса было погружено в полную темноту. На первый взгляд казалось, что в этом доме никто не жил, и я начала задумываться, как бы обстояли дела, если бы Штейны никогда не добрались до Уилсона, возможно, ничего из этого безумия самоубийств не произошло бы.
С этими мыслями я легла спать.
Пятница, 30 ноября, 2018.
8:56 утра.
— Еще одну чашку, мама Лилия, — умоляла Наталья мою маму, пока я ковыряла вилкой в своём завтраке и подносила его ко рту.