Если ты впервые слышишь о Козыре, никогда его прежде не видел, то есть описание, под которое подходит этот сумасшедший парень. Абсолютно всегда одетый в классический чёрный костюм-тройку, однако на шее весит тонкий кроваво-красный галстук, которым он чаще всего душит своих врагов, не до смерти, нет, но так, чтобы урок получили. Или же, тем же красным галстуком, выворачивает запястья рук. Козырь имеет тату на шее в виде штрих-кода, значение которого никто не знает, кроме, пожалуй, самого Ивана. Можно даже не знать внешность этого бандита, красный галстук сам скажет за своего хозяина.
Почти на полторы головы Козырь был выше Дины. Его вальяжная стойка и кривая улыбочка сильно бесили Чарскую, но, как и всегда этого невозможно было понять.
— Ты что здесь забыл? — Дина сложила руки на груди, не боясь смотреть в упор.
Любое движение Чарской не ускользало от внимания Козыря. Дина кинула быстрый взгляд на афишу, где она попрощалась с Сеней и поняла, что Коростылёв послушался её и ушёл.
— Ай, какая ты дерзкая. Совсем меня не боишься? — Козырь шикнул, но его взгляд говорил о его восхищении этой девушкой.
— А стоит? — Дина не подходила слишком близко, её душил аромат парфюма, которым пользовался Козырь. — Так чего ты припёрся? Не поздороваться ведь.
Дина нарочно вела себя вызывающе перед таким опасным человеком, как Иван. Она старалась спровоцировать его на ответные действия.
— Передай своей шавке, и близко не подходить к девятке. — Ухмылка с лица Козыря исчезла, оставив то самое мерзкое выражение лица, которое использовал парень, когда начинал угрожать.
— Иначе что? — Дина оскалилась. — Что за жалкие угрозы?
Козырь резко срывается с места, хватая Дину за запястье и притягивая ближе.
— Если твоя шавка не боится потерять свою подругу, — Козырь клацает зубами в миллиметре от Чарской, — то вперед, пусть попробует. Однако в этом случае, потеряет и тебя, и всё, что имеет. — И не отпуская руку девушки, парень начинает хихикать.
— Не рви пасть, — рычит Чарская, ловко выворачивая свою руку из стальной хватки, — а покажи фокус, как исчезаешь в известном направлении.
Ошеломлённый наглостью, Козырь не устоял на своём месте и сделал шаг назад.
— Запах из твоего рта такой же мерзкий, как и ты сам. — Дина подходит к Козырю, хватает его за галстук, наматывая его на свою ладонь и стягивает в районе горла. — Убирайся к себе домой, в жопу. И не смей угрожать мне и моим друзьям.
— Да я тебя по асфальту размажу, тварь! — Хрипит Козырь, а Дина ещё сильнее стягивает галстук.
— Не раньше, чем я раскрою теперь череп.
Слышится знакомый голос с боку и Дину буквально отрывает от Ивана в сторону. В тот же момент Козырю прилетает удар с ноги, и парень валиться на землю, держась за разбитый нос. Из машины выбегает водитель.
— Господин. — Лопочет мужчина средних лет, помогая встать своему боссу.
— Отвали! — Рявкает Козырь, толкая мужика в грудь. — Ты! — Разгневанный парень, капая слюной, тычет в того, кто сейчас стоял перед Диной, закрывая её собой.
— Пошёл вон и не отсвечивай! — Троицкий устрашающе глянул на Козыря и тот действительно заткнулся.
— А за тобой я ещё вернусь. — Напоследок бросил Иван, кивая Дине, и быстро садясь в машину, уезжает.
— У тебя совсем мозгов нет? — К ошарашенной Дине разворачивается Дима, в праведном гневе потряхивая девушку за плечи. — Тебя родители не учили не связываться с бандитами? Что ж ты за идиотка такая? — Для большей убедительность Дима постучал по черепной коробке Дины, чтобы убедиться, что там действительно пусто.
Однако упоминание о родителях, которые должны были заботиться о дочери, но по какой-то причине не делали этого, отдалось в Чарской адской ненавистью, которая полыхнула с новой силой.
— Твоё какое дело? — Дина вырвалась из захвата одноклассника, напоследок царапая его руку.
Чарская даже не заметила, как причинила боль парню. Сейчас она была зла.
— Почему ты всё время ко мне лезешь? Отвяжись уже. Это ещё спорный вопрос, у кого мозгов нет. Тебя не просят, но ты словно в каждой бочке затычка. — Поток оскорблений помогал Дине успокаиваться, а вот Дима становился всё более озлобленным. — С Козырем у меня свои счёты и тебе о них знать не положено. Поэтому катись в свою школьную нору.
Дина так глубоко всадила ногти себе в ладони, когда в попытке сдержаться, сжала их в кулаки, что почувствовала неожиданную боль. Не пройдя и метра, Чарскую тут же развернули обратно.
— Ещё раз увижу тебя со своей шайкой, или с Козырем, я…. — Глаза Троицкого полыхали просто адским огнем. В нём росла злоба и раздражение такой силы, что даже Дине на мгновение стало жутко.