— Что значит, странные? — Спросил Дима.
— Два месяца назад адрес отследили, и он привел в больницу для душевно больных в Гвадалахаре, что в Мексике, а через один день, в доме для престарелых в Норвегии. Полгода назад IP-адрес вывел охотников за Хакером вообще в Антарктику! Его якобы нашли на станции Беллинсгаузен, на одной из семи российских станций. — Максим Игоревич оглядел класс, прежде чем признаться: — Сегодня же хакерская компания «Кто мы?», которую всё же допустили до расследования, вышла на свой собственный адрес.
— Но почему никто не удосужился спросить у самого Хакера, что ему нужно? Он ворует деньги?
— Он ворует. — Согласился преподаватель, но его выражение лица стало слишком серьёзным. — Только это совсем не деньги. Информацию, которую получает Хакер, конечно же, можно оценивать в денежном эквиваленте, и это сумма с большим количеством нулей. Однако страшнее то, что в любой момент Хакер может обнародовать полученные материалы, что может спровоцировать едва ли не Третью Мировую войну.
Разговор уже не казался детским, а урок выход за грани учебного плана. И от этого становился ещё более интересным.
— Американское правительство не просто так сейчас кипятком ссыт. Пентагон скрывает что-то очень серьёзное, разоблачение чего, может способствовать возникновению агрессии как в собственной стране, так и в странах Европы. Вчера на пресс-конференции ООН Трамп заявил, что если Хакера поймают в их стране, то он будет немедленно казнён! Это не попало в средства массовой информации, но реальность такова, что негласно весь мир сейчас находиться в состоянии не разорвавшейся бомбы.
Тяжелая минута молчания дала возможно хоть немного переварить услышанное.
— А если его поймают у нас? — Страшно стало всем, но пока слова Максима Игоревича, это лишь предположение.
— Всё одно. — Преподаватель пожал плечами. — Живым его вряд ли отпустят. На сегодняшний день Хакера разыскивают по меньшей мере 144 страны.
— Но если Хакер, всё же не человек? — Внезапно класс услышал серьёзный голос Дины, которая обычно вступала в распри с учителями по поводу своей низкой успеваемости, но никогда не участвовала в самом образовательном процессе. Хотя нынешний разговор сейчас мало напоминал образовательный процесс.
— Дина, ты действительно думаешь, что Хакер, это внезапно эволюционировавшая информационная сеть? — Максим Игоревич посмотрел на свою ученицу с сомнением.
— Нет. Я не о том. Мы все говорим, что Хакер может быть не человеком. Тогда, как вам такой расклад? Хакер, это внеземной разум. — Чарская ожидала насмешек в отношении своей идеи, но не уловила и косого взгляда. Одноклассники реально задумывались над её предположением.
С Хакером нет ничего невозможного. Вчера он это доказал.
— Человечеству мало что известно о Космосе. Все слова, лишь голая теория, периодически подкрепленная земными, — Дина сделала акцент на это слове, — физическими законами. Но что, если профессор Стивен Хокинг не прав и все его заявления, касающиеся космоса, чёрных дыр и собственного изобретения — излучению Хокинга, это всего лишь домыслы? Где практическое подтверждение? Его нет. Земная физика не работает в Космосе. — Чарская настолько углубилась в свои размышления, что даже не заметила с каким интересом её слушает как весь класс, так и сам преподаватель.
— Над нашей планетой летают космические станции, корабли, военные спутники. Всё это может стать чем-то вроде проводника в нашу систему безопасности и в мировую сеть в целом. Возможно, что Пентагон нашёл какие-то секретные материалы, а «внеземному Хакеру» — Дина смастерила пальцами кавычки и закатила глаза, — это не понравилось. Вот он и подчищает то, что фактически было у него же и украдено. — Закончив со своей теорией, Дина выдохлась и откинулась на спинку стула, сложив руки на груди.
В классе единовременно все начали шушукаться, перерабатывая версию Чарской. Многим она казалась интересной и имеющей место к существованию. И только Троицкий сидел, как воды в рот набрал. Он периодически косился то на Дину, то на заинтересованного и улыбающегося информатика и о чём-то думал.
Учебный день подходил к концу и после звонка народ, утомлённый тяжелыми разговорами, засобирался домой. Туда же пошла и Дина, в тихой надежде, что родители на работе, а сестра умотала к себе домой, к жениху.