На это признание в коридор тут же выскочили Алина с отцом, которого придерживала за руку. Мужчине явно было очень плохо. Держался то за дочь, до за сердце.
— Что такое? — Спросила Дина, не подходя к отцу. Рядом стояла Алина, всем своим видом показывая, как она не рада видеть младшую сестру. А Дина её попросту не замечала, навсегда считая Алину пустым местом. Даже в такой ситуации.
— Ничего страшно, просто прихватило. — Прохрипел Михаил Андреевич, прокашливаясь.
— Вы меня извините за то, что врываюсь в ваш дом без приглашения. — Дина вновь увидела в Троицком того парня, который набивал ей оскомину добрый год. Серьёзный, правильный и всеми любимый. Даже в глазах Чарских он казался идеальным.
— Господи, ну о чём речь?! — Валентина Семёновна вскинула руки к потолку. — Сейчас такое твориться. Давайте, мойте руки и к столу. Нам всем нужно подкрепиться.
Представив родителей и Алину Диме, все удобно расположились на кухне, где снова включили экстренные новости. Сколько бы вкусной и горячей еды не было бы на столе, аппетит словно испарился. Страшные кадры передавали новостные каналы, показывая, какие массовые беспорядки по вине Хакера проходят в разных частях света. Оцеплены все политические объекты, чтобы не допустить самосуда со стороны мирного населения.
Выполняя приказ вышестоящего, солдаты вынуждены применять оружие и слезоточивый газ, дабы прекратилась массовая истерия. Однако не все военные выполняют данное распоряжение. Некоторые из них встают на сторону отчаявшихся людей.
Ближе к шести часам экстренные новости Санкт-Петербурга доложили о прекращении истерики в городе. Однако следом за этим последовала целая цепочка необъяснимых событий.
Глава 22
Блокада города
Такси прекратило свою работу и поэтому Диме пришлось звать на помощь Киру. Слышавшая их разговор Дина, стояла у окна, обнимая себя плечи и наблюдавшая, как на землю ложится тонкий слой хрупкого снега. Часы показывали начало десятого, но город будто вымер. Ни одного человека на улице.
— Как скоро она приедет? — Голос Дины звучало глухо, будто ему едва хватало сил отображаться от стен кухни.
Да и вообще, обстановка в мире не располагала к беседам.
— Обещала через двадцать минут. — Ответил Дима, блокируя телефон и убирая его в карман джинс. — Ты боишься? — Троицкий подошёл к Чарской и встал рядом. Он не старался её утешить. В их случае это бесполезно.
— Как думаешь, сколько нам осталось? — Дина перешла на шёпот. Она вглядывалась в окно в страхе увидеть тех, кто решил покончить со всем человечеством таким безжалостным способом. — Вряд ли после такого фурора, произведённый Хакером, синаффектусы просто вернутся в своё время.
— Если бы я знал, кто такой Хакер, набил бы ему морду. Из-за него человечеству и семи обещанных лет не видать. — Зло отозвался Дима, хмурясь.
— Возможно ты и прав. — Обречённо вздохнула Дина и её пробрало сильной дрожью.
Оставшееся время парочка провела в молчании. Ровно до того момента, пока не позвонила Кира, сказав, что ждёт Троицкого внизу.
В прихожей Дина мрачно наблюдала за сборами Димы.
— Дим? — Позвала Чарская, опираясь плечом на косяк двери.
— Что? — Зашнуровывая ботинки, Троицкий поднял голову наверх.
— Может ты лучше с нами поживёшь? Я уговорю родителей. — С надеждой спросила Дина, вдруг осознавая, что Дима в городе совсем один.
— Не могу. — Староста отрицательно повертел головой, выпрямляясь. — Я скоро поеду к родителям.
— Как ты к ним поедешь, если все границы перекрыты? Почему вообще ты три года оставался один?! — Взбеленилась Дина, не в силах контролировать злость. — Что это за родители такие? Оставить младшего сына в полном одиночестве? — Для пущей угрозы Чарская топнула ножкой.
— Я не один. — Не согласился Троицкий. — В конце концов, у меня есть ты. — Дима криво улыбнулся, обезоруживая Чарскую.
— И всё-таки, я хочу… нет, я требую, чтобы ты остался у нас! — Дима впервые видел Дину такой… живой что ли! — Ты не знаешь, что случиться завтра. Я не хочу, чтобы ты был один.
— Ты за меня боишься? — Хрипло спросил Троицкий, а сердце бешено забилось в ожидании ответа.
— Боюсь. Очень боюсь. Пожалуйста, если ты дорожишь мной, останься. — Дина умоляюще посмотрела на друга, сама не понимая, что вдруг заставило её так себя вести.
Какой-то инстинкт самосохранения сработал. Правда, сработал он неправильно.
— Ладно, я позвоню Кире, пусть…. — Дима силился спрятать улыбку счастья, от слов Дины. Он вытащил телефон, набирая номер подруги.