Кэмерон ранее слышал об одержимости человека бесплотными демонами и злыми духами, но там, как правило, пострадавшие с ума сходили. Начинали в стены головами биться, пену изо рта пускать и всё в таком роде. Здесь же и близко подобного не наблюдалось. Неужели бывший простолюдин и вправду скрывал своё происхождение всё это время? Но зачем? Какой смысл был в притворстве. Терпеть все эти унижения. Ходить опустив голову, боясь встретиться взглядом с людьми. Что-то здесь не сходилось. Где-то притаилась большая ложь.
— В нашем совершенном мире, всё находится на своих местах, — донёсся до парня с коричневыми волосами голос преподавателя. — Лучшие и достойные закрепляются вверху иерархического общества, а менее образованные и пригодные только для монотонной и однотипной работы, пребывают на ступень ниже. Задача аристократии опекать и направлять данный слой людей. Руководство, вот истинное предназначение верхнего класса. То есть — вас. На самой низшей ступени человеческой иерархии находятся рабы. В основном, это представители рас зверолюдей, эльфов и демонов. Данные существа оказались в неволе в результате освободительных войн за территории, что вело наше королевство. У данного класса нашего общества, права отсутствуют как таковые, но взамен на свою преданную службу они получают возможность проживать в наших городах, под покровительством их господина. Представители данных рас в силу своих особенностей не должны проживать большими группами на территориях людей. Это может быть чревато…
— Интересно, — услышал Ким слова соседа, произнесённые в полтона, будто Айбер размышлял вслух, — как трудно будет в насквозь чистом и светлом мире, собрать армию из недовольных постоянным угнетением народов, и повести её на столицу?
Ну и естественно, мысли у изменившегося Харрина были под стать новому характеру. Тот особо их не афишировал перед другими, но иногда, вот так задумываясь, его истинная натура вылезала в подобных монологах с собой. Откровенно говоря, Кэмерон побаивался этого странного человека. Было в его взгляде что-то жуткое, когда тот смотрел на людей.
Ким не раз имел возможность наблюдать за пытками, проводимыми его отцом и ближайшими родственниками над людьми. Парень мог бы многое рассказать о данном процессе, спроси его кто-нибудь о подобном. Человека можно долго резать, не позволяя тому умереть. Можно поить водой, пока желудок не лопнет. Можно вырывать ногти и вставлять иглы в уши. Но это далеко не самые эффективные методы слома людей. Самый жестокий и самый коварный метод — это ампутированная душа. Ты должен лишить человека самого дорогого что у него есть у него на глазах. Например — убить близкого. И у того просто не останется причины жить. Глаза таких людей приобретают особый оттенок — печать смерти. Их душа умирает вместе с их мечтами и надеждой.
У нынешнего Харрина были именно такие глаза. Пустые и холодные. И Кэмерон мог бы поклясться на чём угодно, что этот парень — сам вырезал свою душу. Вырвал её из тела собственными руками.
Лишившись души, он утратил и страх. Другие люди — нормальные, видят границы дозволенного даже когда переступают их. Для Айбера же — границ просто не существовало. Он с лёгкость может пойти на любое преступление, ради достижения своих целей.
— Молодой человек, как вы считаете, — преподаватель обратился к Айберу и Киму пришлось толкнуть того вбок, выводя из стазиса, — достойны ли враги рода человеческого, справедливого наказания?
Вряд ли Харрин понял, о каких врагах до этого вещал лектор, но парень, ни разу не растерявшись, встал и во всеуслышание заявил:
— Зло должно быть уничтожено, профессор. Даже если от этого рухнет — весь мир.
Пустоту в груди необходимо чем-то заполнить. И чёрная дыра превратилась в стремление. Сила, не уступающая религиозной вере, вела Харрина вперёд. Человеком овладела великая и ужасная мечта.
И почему-то знать о ней — Кэмерону не хотелось.
***
Сервер 404.
Shuhart: В мире смертных считалось хорошей традицией обманывать всех сказками о бессмертии.
Глава 10: Время жить
Есть интересное французское слово — дежавю. Оно означает точное повторение события, которое уже происходило с вами раньше. Разум находит такой парадокс весьма необычным. С точки зрения логики в такие моменты нарушается линейность течения времени. Ты выпадешь из естественного потока событий, возвращаясь в прошлое.
Шухов стоял возле фонтана на центральной площади, там же где и в прошлую встречу с Нокс, и смотрел на улицу. Если особо не всматриваться в лица, то заметить разницы между людьми не получится. Но если отдать этому занятию некоторое время, можно обнаружить существенные отличия в поведении обычных людей среднего класса и аристократии. Как правило, взгляды работяг устремлены куда-то за горизонт, сквозь людей. Витая в своих проблемах и заботах, измождённые тяжёлым, часто физическим, трудом, они практически не улыбаются.