Стеф Марр достаточно долго имел дело с компьютерами и знал, что хороший системный администратор «чувствует» свою машину. А с компьютерной системой в Santa Cruz Operation стало твориться что-то неладное. Слепой церковный органист всегда может сказать, сколько людей находится в церкви, – он определяет это по тому, как звучит музыка. Но он вряд ли сумеет объяснить, как он это делает. Опытный жокей может сказать, какое настроение у его лошади и удачно ли пройдет заезд, – он определяет это по тому, как она подходит к стартовой черте. Точно так же у хороших системных администраторов вырабатывается умение определять, нормально ли функционирует компьютер, по внешним, малозаметным признакам. И они умеют распознавать малейшие отклонения. Компьютеры предназначены для того, чтобы выполнять одни и те же операции по многу раз, и если операция выполняется не так, как обычно, – значит, это неспроста. Опытные специалисты улавливают внутренний ритм компьютера по задержкам отклика на нажатие клавиш, по миганию огоньков на панели модема, по ежедневным записям в журнале регистрации подключений.
Фирма Santa Cruz Operation (названная как бы в честь небольшого городка в северной части Калифорнии, где находился главный офис фирмы) начинала свою деятельность с того, что организовала продажу одной из версий операционной системы UNIX, предназначенной для персональных компьютеров. За восемь лет скромная фирма превратилась в преуспевающую компанию с капиталом во много миллионов долларов.
Стеф Марр был одним из тех специалистов, которые отвечали за бесперебойную работу компьютерных систем. В этой должности он работал уже год – достаточный срок для того, чтобы изучить привычки и повадки пользователей. Например, инженеры предпочитали подключаться к компьютерам фирмы по вечерам, сидя у себя дома. Секретарши подключались только с рабочего места и только в рабочее время. Стеф научился распознавать внутренние ритмы своего компьютера и отличать работу в режиме полной загрузки от работы «вполсилы». Вот почему в конце мая 1987 года он заметил отклонения. Точнее, не только он сам заметил, но даже сама система сообщила ему на своем языке, что в ней что-то неладно. Кто-то, по-видимому, одна из секретарш, начал работать в непривычном режиме: подключаться в неурочное время, после рабочего дня, блуждать по всей системе и пытаться проникнуть в чужие каталоги. Эта любопытная личность открывала файлы, к которым никто не обращался уже долгие месяцы, включая даже устаревшую систему подсказок Help. Когда Стеф спросил секретаршу, зачем она это делает, та удивилась и сказала, что ничем подобным не занималась. Стефу стало ясно, что кто-то другой воспользовался ее паролем.
Когда Стеф осознал, что в систему проник посторонний, он не стал прибегать к поспешным действиям, а установил сигнализацию и ограничил злоумышленнику возможности доступа к данным. Должно быть, взломщик догадался, что в системе появились электронные средства, отслеживающие каждый его шаг, потому что через несколько дней на экране у Стефа возникла строка: – Почему вы следите за мной? Стеф прочитал и ввел ответ: – Потому что это моя работа.
Дерзость, с которой незнакомец вступил в открытый диалог с системным администратором, не оставляла сомнений: это был не обычный хакер, каких много. Он заявил Стефу, что хочет получить такой пользовательский счет в этой системе, который дал бы ему неограниченные привилегии. Весть о том, что Стеф напрямую общается со взломщиком, быстро облетела все отделы, и за спиной Стефа полукругом сгрудились любопытствующие. Разгорелся спор: должен ли Стеф дать этому непрошеному гостю счет в системе или нет,
Когда– то в прежние времена Стеф и сам был хакером, не раз действовавшим на грани нарушения закона, и сейчас тот опыт должен был ему пригодиться, чтобы разгадать мотивы поведения незнакомца и предугадать его возможные маневры. В молодости Стеф и сам взламывал системы защиты данных. Еще в студенческие годы он развлекался тем, что находил лазейки в университетских компьютерных системах, а потом звонил системным администраторам и сообщал о своих подвигах раньше, чем они успевали обнаружить проникновение. Он тоже разделял мнение, что доступ к любой информации должен быть открыт для всех. Однако у него было чувство меры, и он знал, когда нужно остановиться. А этот наглый взломщик, похоже, прекрасно понимал, что нарушает закон, но как будто даже гордился этим.