С очередным ударом лёд на застёжке поддался, и она вмиг стянула холодную одежду с его тела.
– Вламываешься ко мне ни свет ни заря, да ещё и в таком виде! – продолжала возмущаться она, ставя заледеневший плащ возле камина.
– А куда мне ещё было идти? – тихим голосом спросил Эклин, ощущая, как тепло осторожно касается его замёрзшего тела.
– К себе, например, – отмахнулась Аша. – И вообще, почему именно тебя ставят в дозор в Белый месяц?
Он покачал головой.
– Не знаю, может просто я…
– Да ты весь синий! – перебила она. – Иди сюда, горе ты моё.
Тепло её огня, её дыхания, нежно наполняло замёрзшее тело теплом, возвращая к жизни. И пусть она выглядела рассерженной, Эклин чувствовал её радость и желание помочь. Эта радость согревала его не хуже хальдарского пламени…
***
– Постой, – Касс помотал головой, – откуда там взялась Аша?
– Ниоткуда, – Мист пожал плечами, не отводя взгляд от огонька костра. – Просто отключился от переохлаждения, наверное, – пробормотал он под нос, – и увидел приятное воспоминание. Я приходил к ней после дозоров на стенах храма, – пламя мягко танцевало, отражаясь в его глазах. Мист криво улыбнулся. – Поздно ночью, когда мороз пробирает до костей. Но домой почему-то идти не хотелось. Шел к ней.
– То есть ты мог просто так прийти? Я к тому, – тут же поспешно добавил он, глядя, как Мист тычет в магма-кристалл палкой, чтобы тот разгорелся посильнее, – что я бы как минимум удивился, если бы ко мне постучали ночью или на рассвете.
– Она всегда была рада меня видеть, – ответил Мист, чувствуя, как обожжённая рука слегка подрагивает. – Хотя, моё общество было далеко не самым приятным для неё… Странно, правда? Но да ладно, – он встряхнул головой, отгоняя плохие мысли, и продолжил.
***
Эклин очнулся в полной темноте. Всё его тело оказалось зажатым между склизкими на ощупь стенами, размеренно сжимающихся и разжимающихся. Онемевшие конечности постепенно наливались свинцовым теплом, приятной колью вытесняя стужу из крови. Холодная смерть отступила, и сумерки сознания больше не угрожали рассудку. Однако теперь появилась другая проблема – Эклина проглотил горный червь, вызванный постукиванием по полу пещеры.
Почувствовав ногой свой рюкзак, Эклин, вытянувшись в струнку, зацепил стопой его лямку. Как только лямка затянулась на ноге плотной петлёй, он постарался как можно быстрее дотянуться до ножен с кинжалом. Времени оставалось мало, ведь в утробе червя воздуха практически не было.
Кое-как пропихнув руку между своим телом и стенками желудка, Эклин двумя пальцами ухватился за рукоять кинжала. С очередной волной сокращения желудочных мышц, он быстро вытащил кинжал. Мысленно попросив прощения у своего спасителя за диарею, которую он ему сейчас устроит, Эклин вогнал лезвие прямо в стенку желудка на всю его длину.
Тут же по желудку пробежал спазм. Тело Эклина сдавило так, что весь воздух невольно вырвался из лёгких. Следом раздался низкий рык, скорее ощутимый из-за плотного контакта с плотью, чем слышимый. Всё тело червя начало дико извиваться, а одуревший от нехватки кислорода и такой качки вестибулярный аппарат подсказывал, что существо ползёт куда-то вверх.
***
– Тебя. Съел. Червь, – Касс огромными глазами смотрел на Миста, который, ухахатываясь от выражения лица своего друга, катался по полу пещеры.
– Ага, – ответил он, когда чуть подуспокоился.
Касс всё так же ошарашенно смотрел, как Мист, хихикая по инерции, подползает к костру на локтях.
– Это был единственный способ согреться, – произнёс маг, совсем успокоившись. – Приятного мало, согласен, но захочешь жить… – он покачал головой. – К тому же, это был отличный транспорт прямиком на плантации Совета.
Касс непонимающе нахмурил лоб.
– Транспорт?
– Совет выводит их специально для того, чтобы они рыхлили замерзшую землю, – с важным видом произнёс Мист. – И, как любое дрессированное существо, при опасности оно возвращается к своему хозяину.
– Хочешь сказать, – Касс скептически посмотрел на чересчур весёлого мага. – Он, минуя охрану, просто выплюнул тебя на клумбы с Алатаем?
– Ну, почти выплюнул, – многозначительно ответил Мист и подмигнул.
Касс несколько секунд пытался понять, на что он намекает, а потом, к великой радости Миста, скривился:
– Фу-у-у!!!
***
С каждой секундой тряска всё усиливалась. Червь изо всех сил старался избавиться от источника боли всеми возможными способами, а Эклин тем временем с головой погрузился в увлекательное путешествие по пищеварительному тракту существа. От смрада, царящего там, и наступившей морской болезни собственный желудок мага просился наружу.