– Хммм… – старик внимательно всмотрелся в портрет, который прилагался к списку примет. – Ну, допустим, похож на вольного торговца. Таких у нас обычно много, но за последнюю неделю ни одного не заглядывало. А он опасен?
– Весьма, – сухо ответила Скарлетт.
Надеяться на то, что этот проходимец тут задержится всё равно, что надеяться убить двух зайцев одновременно.
– Раз вы не можете мне помочь с этим, тогда поговорим о покупке нелегальных лекарственных трав.
– Что, простите? – переспросил старик. – Тут так много народу, что я немного не расслышал вас. Да и старость даёт о себе знать.
Хозяин таверны выглядел весьма спокойно. Либо действительно не расслышал, либо успешно прикидывается старым пнём.
– Мне сообщили, что некоторый товар с местного чёрного рынка попадает в ваш трактир, – в этот раз Скарлетт решила проявить терпение. Не стоит спугивать даже мелкую рыбёшку, она может вывести на действительно что-то серьёзное. – Вы, как хозяин трактира, можете мне помочь решить этот вопрос?
– Не имею ни малейшего представления о том, что вы говорите, – невозмутимо ответил хозяин трактира.
– Ну раз так, – всё-таки её водят за нос и попросту тратят её время.
Она положила руку на рукоять своей рапиры.
– Самое время напомнить вам, что бывает с теми, кто…
– Ну надо же какие люди, и в такой дыре!
Да, зараза к заразе прилипает! Скарлетт резко повернулась на голос и увидела вальяжно спускающегося по лестнице человека в маске. Это был именно тот, кого она искала. Ошибки нет – это тот самый голос, который уже успел достать её ещё с прошлой встречи.
Скарлетт охватила ярость, уж очень ей хотелось прикончить этого изворотливого клоуна. Здесь её личные интересы очень сильно сходились с интересами Долга, а такое случается нечасто. Но она ошиблась – вместо того, чтобы сразу обеспечить место для манёвра, она, в угоду своим желаниям, встряла с ним в словесную перепалку, дав ему время на создание очередной каверзы.
Когда началась потасовка, Скарлетт оттеснило почти к самому выходу из таверны. В сотый раз за пять минут она пожалела, что нельзя трогать простых жителей. Мало того, что эта пьяная чернь мешала выполнить работу, так ещё изрядно побила. Благо, что броня поглотила часть ударов, но лопнувшая губа и только что вправленный нос давали о себе знать.
– Гинл, ты был рядом с лестницей. Необходимо задержать его всеми силами. Понял? – мысленно произнесла Скарлетт, коснувшись маленькой татуировки на шее.
– Будет сделано, госпожа капитан! – так же мысленно ответил тот.
Нужно что-то делать с толпой очумевших пьянчуг, которые молотили всё, что под руку попадётся. Они просто не давали пройти к лестнице. Казалось, их тела уже заменили собой воздух. Их нельзя трогать, но напугать для привлечения внимания никто не запрещал.
Ментальный щелчок коснулся разума каждого, кто находился в зале. Драка прекратилась, и все, кто был не в нокауте, начали с недоумением озираться по сторонам, пытаясь понять, что произвело столь громкий и странный звук, и был ли он вообще.
– Отлично! – подытожила Скарлетт, убедившись, что наступила тишина. – Я, представитель Совета Скарлетт Брулл! Сейчас идёт операция по захвату опасного преступника. Нам необходимо ваше содействие. До выяснения обстоятельств не покидайте таверну без моего личного разрешения. Отказ от содействия будет рассматриваться как препятствие расследованию! Всем немедленно отойти к дальней стене и ожидать дальнейших распоряжений там!
Ледяной тон, с которым всё это произнесла Скарлетт, не допускал неповиновения. Все участники потасовки медленно стали пробираться к указанной стене. Как только Скарлетт подумала, что с беспорядками покончено, раздался громкий взрыв со стороны лестницы. Татуировка на шее обожгла её короткой вспышкой боли. Весь проход на лестницу окутало облако из пыли.
– Всем оставаться на местах! – рявкнула Скарлетт на толпу и рванула к лестнице.
Пролёт на второй этаж снесло взрывом. В пыли и обломках Скарлетт нашла едва живого Гинла. Его правую ногу зажало крупным осколком камня. Левая щека рассечена до зубов. Ко всему прочему, Гинла сильно приложило взрывной волной, так что не исключены внутренние повреждения. Едва сдерживая стоны, он держал серебристый фиал в дрожащей руке.
Скарлетт бережно вынула бутылочку из рук Гинла, откупорила пробку и аккуратно влила содержимое ему в рот. Тело пострадавшего покрыла прозрачная серебристая плёнка, погружая его в стазис. Теперь его жизни ничто не угрожало, и его можно без опасений перенести в госпиталь.
Так и оставшись сидеть перед неподвижным телом, Скарлетт приложила палец к тату.