– С ним надо чё-то делать, – шепотом произнесла Шона, кивая в сторону застывшего мальчика. - Не нравится мне эта его…
Она умолкла, стараясь подобрать подходящее слово, но Скарлетт уже поняла, к чему Шона клонит.
– Как затишье перед бурей, – кивнула она, поднимаясь на ноги.
Она медленно подошла к мальчику. Постояв рядом с ним в тишине, Скарлетт поймала себя на мысли, что совершенно не понимает, что нужно говорить в таких случаях. При этом необходимость сказать хоть что-то ощущалась физически. Да, она прекрасно понимала его чувства, но как помочь в подобной ситуации...
– Послушай, – начала Скарлетт, но Касс никак не отреагировал.
Похоже, сейчас его мысли были далеко отсюда. Мутный взгляд широко распахнутых и абсолютно сухих глаз был обращён в сторону золотого пожара, яркими вспышками просвечивающего меж деревьев.
Такое поведение пугало больше слёз и истерик, которых она ожидала. К тому же в таком состоянии мальчик серьезно затормозит и без того медленное продвижение отряда. Скарлетт позарез нужно было привести его в чувство, чтобы как можно дальше убраться от этого места.
– Не понимаю, – внезапно произнёс Касс тихим голосом, всё так же глядя на блики огня. – Ты же обещал мне, что вместе пройдём все земли Королевств. Как же теперь… – его голос дрогнул, а в заблестевших глазах начали отражаться огоньки пожарища. – Зачем ты так? Я что-то с-сделал не так? Ты ведь опять шутишь, п-правда? Раз-зыгрываешь м-мен-ня…
С каждым словом дыхание паренька учащалось, а по щекам потихоньку начали стекать слёзы. Вздохнув, Скарлетт нежно, но с силой повернула мальчика за плечи к себе.
– Посмотри на меня, – продолжила она, наклонившись так, чтобы её глаза оказались вровень с глазами Касса.
Она почувствовала, как мальчик сжался под её взглядом, словно от боли.
– Он выполнил свой долг, – Скарлетт старалась говорить как можно мягче, – и нам надо постараться, чтобы всё это было не зря. Не грусти понапрасну, ведь рано или поздно вы всё равно встретитесь.
– На Той Стороне? – тихо спросил Касс.
– И не только там, – Скарлетт слегка улыбнулась, вспоминая, как отец часто рассказывал о маме. – Он остался в твоих воспоминаниях. Такие люди всегда будут с тобой.
Мальчик уже не всхлипывал, а просто смотрел на неё. Скарлетт на мгновение показалось, что его взгляд жадно цепляется за её лицо, будто стремиться запомнить каждую линию, каждую деталь.
– Знаю, что прошу многого, – продолжила Скарлетт. – Просто сейчас не время, понимаешь? Не ради этого он пошёл на подобное, – её рука неуверенно коснулась немытых волос мальчика. – Постарайся собраться, хорошо?
Касс, словно заворожённый, кивнул и медленно осел на землю. Его взгляд уткнулся в вещи Миста, лежащие у его ног. Посмотрев на сгорбившуюся неподвижную фигурку мальчика, Скарлетт вновь вернулась к Ранулу и Шоне.
– Фон после закрытия разрыва даст нам какое-то время, – начала она, склонившись над Ранулом, – но нам срочно нужен лекарь. Шона, есть ли рядом деревня, город, хоть какое-то поселение.
Шона не ответила. Она безотрывно следила за медленно поднимающейся и опускающейся в такт дыханию грудью Ранула.
– Шона! – чуть громче позвала Скарлетт.
– Да, есть, – отрешённо отозвалась Шона, поднимая на неё взгляд, – но, Скарли… Он долго не протянет.
– Надо попытаться, – твёрдым голосом отрезала Скарлетт.
Сев на корточки, она обратилась к воину:
– Ранул, осилишь ещё один переход?
Он кивнул. Шона и Скарлетт едва смогли его поднять на ноги. Поддерживая шатающегося драга, они медленным шагом пошли к тому месту, где по словам Шоны, была деревня рудокопов. Следом за ними брёл Касс, прижимая к себе вещи Миста. Похоже, теперь всё это принадлежало ему.
Ранул уже едва перебирал ногами, когда они вышли на небольшую полянку. Посреди неё росло одинокое дерево с широким стволом, возле которого приютилась маленькая избушка.
– Это не похоже на деревню, – Скарлетт осмотрелась по сторонам.
Всюду виднелся лишь густой лес, и никаких намёков на близость поселения.
– Да какая разница!? – сквозь зубы произнесла Шона. – Вдруг нам тут помогут?
Из последних сил дотащив практически неподвижного воина, Скарлетт постучалась в хлипкую деревянную дверь. Та открылась от прикосновения. Похоже, ставни окон были закрыты, так как снаружи рассмотреть внутренности дома, таящиеся в тени, никак не удавалось.