– Сколько тебе понадобится времени? – спросила Скарлетт, ощущая удивлённые взгляды своих коллег.
– Час, – маг пожал плечами. – Может чуть больше.
Шона хотела отговорить своего капитана от такого опрометчивого поступка, но Скарлетт уже открыла перед хальдарцем дверь.
– Я позову вас, когда закончу, – проговорил Мист, входя в комнату. – Эй, парень, – уже через плечо бросил он, – сиди тихо, а то мне не с кем будет идти на эшафот.
Когда за Мистом закрылась дверь, он ощутил сухость во рту. Волнение только сейчас накрыло его с головой, ведь ответ на один из его вопросов находился именно здесь. Ещё немного и он узнает наверняка.
Спальная комната, в отличии от остальных помещений замка, выглядела по-настоящему уютно. Небольшую комнату не загромождали дорогие массивные шкафы и огромные кожаные кресла. Вполне обычный письменный стол стоял перед окном. Рядом с ним в углу смотрел на дверь медными ручками маленький сундучок. В глубине комнаты возле левой стены находилась широкая кровать, на которой лежал человек крепкого телосложения.
Почти всю кожу, видневшуюся на неприкрытых одеялом руках, покрывала серая омертвевшая короста. На правом плече зиял чёрный ороговевший рубец. Возможно, именно сюда лич нанёс удар, приковавший генерала Армии Совета к кровати и медленно обращавший его в нежить.
На негнущихся ногах Мист подошёл к кровати поближе и всмотрелся в лицо, наполовину покрытое коростой. Постояв так с минуту, он справился с эмоциями и, выдохнув, прошептал:
– Ну, Мист, вот ты и дома.
***
Это задание казалось обычным рейдом в зону, захваченную некро-разрывом. Тион так и думал, пока готовился к проходу по Мосту в это жуткое место. Не раз и не два он со своими людьми рисковали жизнями во имя блага Шести Королевств. Вот и сейчас им предстояла опасная, но простая задача: разобраться со связным кристаллом в руинах Вайта, который почему-то перестал передавать информацию об активности невероятно устойчивого некро-разрыва, что кошмарил Совет уже не первый год, и вернуться назад.
Немного странным Тиону показалось то, что такое пустяковое задание Кейн поручил ему, но старый друг никогда не подводил и просил Тиона помощи именно тогда, когда это было действительно необходимо.
В начале всё шло как по маслу. Они вышли с моста и быстро нашли установку с кристаллом. Немного повозившись, его люди вновь настроили капризную штуковину. Но, когда проводник Тиона собрался открывать обратный мост, из всех щелей повалили несметные полчища отвратительных существ. Созданные из различных частей трупов людей и животных, одержимые тёмной сущностью твари волной накрыли отряд Тиона.
Яркая вспышка алого пламени, созданная генералом, моментально спалила первую волну нечисти, но твари всё напирали. Тем временем проводник едва смог навести обратный мост. Что-то мешало ему стабилизировать проход, словно вся территория разлома вдруг активизировалась и всеми силами старалась уничтожить наглых людей и их телами пополнить свой мёртвый легион.
Продолжая жечь магией и отбиваться от особо стойких мечом, Тион до последнего прикрывал отход своего отряда, пока не остался один проводник. Генерал уже собрался нырнуть в проём моста, как вдруг сквозь пелену его огня пробился жуткий лич, серая кожа которого местами сгнила и оголила некоторые внутренности. Монстр накинулся на Тиона и, пользуясь усталостью противника и моментом неожиданности, сумел вогнать лезвие своего проржавевшего клинка прямо под наплечную пластину генерала.
Будь это обычная рана, Тион не обратил бы на неё внимания, но рана, нанесённая рукой лича, моментально парализовала тело. Дальше все воспоминания Тиона были отрывистыми. Он помнил, как его пронесли через Мост. Помнил, какая сильная суматоха происходила вокруг него, но сильнее всего Тион запомнил миг, когда над ним склонилось лицо его дочери. Ту тревогу, которую выражали её глаза, нельзя было передать словами. Крупные слёзы текли по её щекам. Голос дочери едва достигал сознания.
Прежде чем окончательно провалиться в холодную, липкую, словно слизь, тьму, Тион пообещал себе, что будет цепляться за жизнь, чего бы это ему не стоило. Не ради Королевств или Совета, а ради Скарлетт, он обязан продержаться до конца. Но все его старания выбраться из склизкой тьмы небытия приводили только к тому, что его всё быстрее затягивало туда, откуда нет возврата. Где-то там, в глубине, уже скалился своим страшным оскалом новый лич, готовившийся выбраться наружу. Уже потеряв все силы в этой холодной пустоте, Тион вдруг почувствовал чьё-то лёгкое прикосновение.