Первое, что он увидел, входя внутрь – уснувшего за столом Касса. В темноте его тело казалось подвешенным в воздухе, но на деле чёрное кресло, на котором он сидел, сливалось с обстановкой. Подойдя поближе Мист понял, что Касс уснул за чтением книги. Какой именно, в темноте сложно было разобрать.
Холодок пробежался по ногам Миста. Он обернулся и увидел, как тяжёлые пологи тёмных штор слегка вздуваются от ночного ветерка. Решив прикрыть балкон, Мист подошёл к шторам и резко остановился. Сердце медленными раскатами билось в ушах, мышцы напряглись, напряжение вытеснило усталость. Рука легла на рукоять кинжала. На балконе кто-то был. Мист чувствовал это.
Осторожно, словно встревоженный зверь, Мист чуть-чуть отодвинул шторы. Через образовавшуюся щёлку он увидел силуэт, чётко вырисовывающийся на фоне ночного неба серебристым светом, которое издавало одеяние неожиданного гостя. “Скорее, гостьи” - поправил себя Мист, глядя на линии талии, чётко очерченные непонятной живой тканью, из-за которой одеяние блестело как река при лунном свете.
Девушка стояла спиной к Мисту и, опершись на перила балкона, наблюдала за ночной жизнью города. Панвон никогда не спал, и его улицы кипели жизнью и днём, и ночью. Под балконом проехала повозка, яркими огнями светового кристалла осветив длинные белёсые волосы гостьи. Мист невольно залюбовался её красотой, но внезапно осознал. Она уже давно знает о его присутствии.
- Кто ты? – спросил Мист, отодвигая полог шторы и вытаскивая из ножен кинжал.
Услышав его голос, она обернулась, и посмотрела на Миста лунно-белыми глазами.
Ледяными клещами страх сковал мага. Все недавние кошмарные события, пережитые им в Верторе, с новой силой и пугающей ясностью нахлынули на него, смывая рассудок, как вода смывает письмена с прибрежного песка. Мист вновь видел залитые кровью улицы и заваленные частями тел переулки. Вновь видел огромную фигуру белого рыцаря и орды химер, несущихся на него с распахнутой пастью.
Он хотел закричать, но голос не слушался его. Всё тело онемело под тяжестью кошмара. Единственное, что смог сделать Мист – отойти на несколько шагов назад, но дальше тело полностью перестало его слушаться. Рука мёртвой хваткой вцепилась в рукоять кинжала. Тело трясло, а кожа вмиг намокла от холодного пота, пока он смотрел, как девушка-инг приближается к нему.
Хотя его мозг лихорадило страхом, Мист всё же смог ощутить прикосновение её ненормально горячих пальцев к тыльной стороне ладони, держащей кинжал. Своими руками она обхватила его руку и, не обращая никакого внимания на остриё кинжала, поднесла их к своему лицу, что-то прошептала и длинным острым ногтем сделала надрез. Резкий жар обжёг кожу ниже костяшек, словно на порез поставили раскалённую монету, но даже эта боль не помогла Мисту побороть немоту. Пленнику своего страха оставалось лишь следить за странными действиями инга.
Отпустив его руку, ночная гостья задумчиво посмотрела на маску Миста. Маг почувствовал короткий укол сомнения, закравшегося в её чувства, но он оказался недолгим. Приняв какое-то решение, она протянула руку к лицу Миста и без каких-либо усилий сняла маску.
Последнее, что Мист запомнил, была её улыбка из острых, треугольных зубов, после которой началась настоящая пытка. Его тело начало гореть изнутри. После всех потрясений ощущение того, что вместо крови по венам течёт жидкое пламя, оказалось фатальным, и, чтобы окончательно не потерять рассудок, мозг Миста принял единственное верное решение – он потерял сознание.
***
Рассветное солнце своим бликом разбудило Касса. Мальчик открыл глаза и тут же зажмурился от яркого солнечного зайчика. Откинувшись на спинку кресла, Касс со стоном потянулся. Спина и руки отекли за ночь и теперь требовали разминки. Немного поёрзав на кресле, он с закрытыми глазами постарался вспомнить, как он умудрился уснуть в столь неудобной позе.
Когда Мист ушёл по делам, Касс от нечего делать начал бродить по комнате, рассматривая стоящие на полках книги и безделушки. Одна из книжек привлекла его внимание своим красивым переплётом с золотой вязью. Как оказалось, эта была книга по травоведению. Вспомнив, как Мист с лёгкостью подбирал травы для лечения и приправ, Касс решил одним глазком взглянуть на её содержание.
Знакомство с книгой затянулось до глубокой ночи, и Касс, которому было уже лень вставать с кресла, устроился в нём, используя в качестве подушки мудрость травников. Возможно, из-за этого сны, посетившие мальчика в эту ночь, больше походили на обрывки воспоминаний различных случаев, которых с Кассом никогда не происходили. Или могли произойти? Эта мысль показалась весьма интересной, и мальчик открыл глаза, надеясь рассказать её Мисту.