Первое, что увидел Касс – растянувшегося на полу мага. Мист лежал лицом вниз. Рядом с ним отсвечивал солнечным зайчиком кинжал, а маска почему-то оказалась у выхода на балкон. Гадая, почему Мист выбрал столь странное место для сна, когда рядом есть удобная кровать, Касс слез с кресла и подошёл нему. Вблизи мальчик услышал тяжёлое дыхание мага, а прикоснувшись к нему, Касс понял, что у Миста лихорадка. Кожа на шее и ладонях была пунцово-красной. Жар от тела ощущался даже на расстоянии.
– Эй? – Касс потряс Миста за плечо.
Он никак не отреагировал, и Касс перевернул его на спину. Лицо оказалось таким же красным, как и всё остальное. С нарастающей тревогой, мальчик потряс друга за плечи, но тот всё никак не просыпался.
– Чёрт! – выдохнул Касс и со всех сил рванул в коридор.
Промчавшись до лестницы, Касс чуть не сшиб с ног Синту. Он схватил её за плечи и срывающимся голосом спросил:
– Ты знаешь, где твоя мама? Это срочно!
Моргнув большими тёмно-зелёными глазами Синта медленно кивнула.
– Беги к ней и скажи, что Мис… ой… Максу плохо! Очень плохо!
К счастью, девочка ничего не стала уточнять и, поднырнув под плечо Касса, рванула куда-то наверх. Касс же вернулся в комнату и попытался положить Миста на кровать, но смог лишь дотащить безвольное тело до неё. На то, чтобы закинуть его на кровать, у мальчика не хватило сил.
Когда Касс предпринял очередную попытку поднять мага, в коридоре послышались торопливые шаги и неясное бряцанье. В комнату без стука ворвалась мадам Жаклин. Ночная сорочка сидела на ней так же идеально, как и вчерашнее платье, а в руках болтался огромный ящик. Это он издавал дребезжащие звуки. Касс удивился тому, что столь хрупкая женщина способна передвигать что-то тяжелее книги учёта.
Со страшным грохотом швырнув ящик к кровати, Жаклин схватила Миста за плечи и уставилась на Касса.
– Что смотришь? Помоги мне! – требовательным голосом скомандовала она.
Вместе они смогли водрузить тело Миста на кровать.
– Теперь нужно раздеть его по пояс. Живее-живее! Ты же не хочешь, чтобы твой друг умер? – продолжала командовать мадам Жаклин.
Касс беспрекословно выполнял её команды. Когда с Миста сняли рваную и грязную рубашку, Жаклин открыла свой ящик. На свет появилась железная присоска с прозрачным кристаллом на верхушке. Касс знал, что это пневмоскоп. Этой штукой проверяли состояние лёгких пациентов, и ещё она всегда была холодной. Вспомнив этот холод, мальчик слегка поёжился.
Поводив по груди Миста пневмоскопом, Жаклин убедилась, что проблема не в дыхательных путях и достала следующий прибор. Аккуратно обхватив грудину Миста полу обручем, этот прибор закрывал железной пластиной почти всю грудь, а кристалл, встроенный в середину нагрудной пластины выдал тревожный тёмно-оранжевый огонёк.
– Плохо дело, – нервно цокнула языком Жаклин. – Если лёгкие ещё справляются, то на сердце сейчас лежит очень большая нагрузка. Боюсь, что скоро оно может остановиться.
– Но вы же поможете ему? – с надеждой спросил Касс.
– Не я, а мы, – поправила его Жаклин. – Слушай внимательно, дорогой, – она вытащила из ящика два зажима. – Сейчас следи за кристаллом на пластине. Когда он станет красным, скажешь мне, когда он перестанет гореть, делаешь вот что, – хозяйка отеля прикрепила один зажим на палец правой руки Миста, а другой – на нагрудную пластину. – На зажиме, что на пальце, поворачивай рукоять и, чтобы не происходило, держи до тех пор, пока кристалл снова не засветится. Понял?
Как только Касс кивнул, мадам Жаклин выудила из своего бездонного ящика набор пробирок и разноцветных жидкостей. Одним взмахом скинув со стола книгу и остатки ужина Касса, она разложила свои смеси и начала смешивать одно с другим, периодически посматривая в сторону Миста и что-то шепча себе под нос.
– Кристалл стал красным! – крикнул Касс, задыхаясь от волнения.
Отвлёкшись от своих пробирок, Жаклин вернулась к кровати с голубой искрящейся жидкостью во флаконе. Несколько капель этого эликсира отправились под язык Миста.
– Не забывай следить за огоньком, – напомнила мадам Жаклин Кассу и вновь принялась возиться с пробирками.
Но мальчик даже и не думал отрывать свой взгляд от кристалла. Всё его внимание было сосредоточено на нём. Правда, когда огонёк погас, Касс чуть не подавился собственным языком. Пальцы, уже давно лежащие на ручке зажима, быстро повернул его. Тело Миста выгнулось дугой.