Пока что, все события заканчивались хорошо, но оставляли после себя осадок в виде ночных кошмаров. Это преследовало Касса последние недели. Всё новые и новые картины всплывали перед внутренним взором мальчика в ночной тиши. Картины неисчислимых попыток вырваться из дворца. Страшно подумать, сколько раз Касс видел, как Мист падает замертво, пронзённый копьём, разрубленный до пояса двуручным мечом или утыканный десятком стрел. После смерти мага наступала очередь мальчика, но в самый последний момент Касс просыпался в холодном поту.
– Опять кошмары вспомнил? – сочувственно спросил Мист, глядя на кислое выражение лица Касса.
– Ага, – кивнул тот и резко встряхнул головой, избавляясь от неприятных мыслей.
Касс рассказал о них сразу же после первого подобного сновидения. Недолго думая, маг предположил, что, скорее всего, Касса преследуют воспоминания из параллельных фаз, которые он видел во время побега из «родового гнёздышка семейства Брулл».
– Не стоит думать об этом, – посоветовал Мист, снимая маску и глубоко вдыхая тёплый воздух. – Этого не произошло, значит, и переживать об этом не нужно.
Глядя на бледное, незагорелое из-за маски лицо Миста, Касс собрался с мыслями и ответил:
– Как о таком не думать? Мне уже известен тысяча и один способ разрубить тебя пополам! Кстати говоря, – мальчик постарался как можно ярче вспомнить свой последний сон, – сегодня я видел, как тебя убила она.
Мист с неподдельным интересом уставился на Касса. Чрезмерно живая мимика никак не вязались в сознании Касса с холодной застывшей маской. Лишь пару раз укадкой увидев лицо спутника в неверном отсвете костра или в тени капюшона, Касс привык думать, что за маской скрывается такое же маловыразительное лицо, но Мист оказался куда менее серьёзным.
– Ну, – продолжил Касс, отрывая взгляд от лица Миста и уставившись себе под ноги. – После того, как она пронзила твоё сердце, ты упал, маска слетела с твоего лица, и… и она, увидев тебя, будто окаменела. На тот момент мне показалось, что само время замерло. Все, кто на тот момент был рядом, просто стояли, как статуи.
– М-да, – протянул через некоторое время Мист, разглядывая медленно приближающиеся деревья далёкого леса. – Не хочу, чтобы ей пришлось выбирать и жалеть о выбранном. В конце концов, – он немного улыбнулся, – может, я смогу с ней об этом поговорить?
– Лишь бы не в кандалах перед казнью, – с сомнением буркнул Касс.
Основной проблемой Шести Королевств являлось расстояние между некоторыми городами и селениями. Армия Совета пользовалась Мостами для мгновенного перехода туда, где требуется их присутствие, а простым людям оставалось мерять дорожную пыль своими ногами или копытами лошадей. Мист отлично понимал, что им нужна повозка, иначе дорога может растянуться на месяц-полтора. Подходящую повозку можно было найти в Больсоне, что в дневном переходе от Панвона.
Это было довольно большое село, слегка не дотягивающее до статуса города. Множество низких деревянных домиков липли к единственной каменной постройке – маленькой крепости с грубо отёсанными каменными стенами и одними двустворчатыми воротами, выводившими на главную площадь.
Уже к вечеру, Касс смог увидеть эту крепость своими глазами. На взгляд мальчика грубая постройка портила весь вид своими необжитыми тёмными бойницами. Как ни старался, парень так и не смог понять, почему вроде бы нестрашная маленькая заброшенная крепость пробуждала в его душе полузабытый страх.
Мрачности добавлял и огромный погост, находившийся как раз по дороге к селу. Множество надгробий, треснутых плит и полусгнивших столбов с давно стёртыми письменами казались призраками в лёгком вечернем тумане.
– Здесь лежат жители Больсона, – заметив, что Касс рассматривает могилы, Мист решил немного развлечься, – и торгашей тут соглашаются хоронить за звонкую монету. Хотя, вернее будет сказать, – зловещая ухмылка коснулась лица Миста, – то, что от них осталось.
– В смысле? – поёжился Касс.
Вечерний ветерок вдруг начал казаться ему куда менее тёплым.
– Говорят, – Мист опустил голос до зловещего шёпота, – что особо искалеченные трупы слишком деятельных любителей купли-продажи их собраться по гильдии хоронят здесь, вдали от Панвона. Делается это всё для того, чтобы неупокоенные души жадных до наживы мертвецов не беспокоили пока ещё живых торгашей. Но когда вольного торговца всё-таки занесёт в эти края, умершие могут восстать из своих холодных могил и потребовать возврата некогда забранных у них богатств.