Минус один упырь. Гарри испытывает к ним почти священную ненависть. Если первый удар не прикончил монстра, братец потом с ним разберется. Второй упырь вскрикнул — значит, начал перекидываться.
Теперь, когда всеобщее внимание было занято атакой на парадную дверь, я проник в здание через световой люк.
Изнутри склад был завален скопившимся за долгие годы хламом — преимущественно останками грузовых контейнеров, стопками поддонов и разбитыми ящиками. Расчищенный в центре бетонный пол покрывали нарисованные кровью оккультные символы. Символы окружали стол, очевидно, изображавший алтарь. На столе лежал привязанный за руки и за ноги мальчик лет девяти, с пятнистым от слез лицом. Он кричал и дергался, но веревки крепко держали его.
Снова крикнул Гарри. Вспышка алого света — и оба выходивших на улицу окна взорвались вовнутрь. Что-то крайне напоминавшее оторванную руку пролетело мимо распахнутой двери.
Я смотрел, пока не увидел его — Lexicon Malos, том в кожаном переплете, похожий на старинный рукописный журнал. Оккультные шизоиды вроде Стигиек обожают такие внушительные гримуары. Он покоился на небольшом пьедестале возле стола. Мигающая неоновая надпись «ЗАМЕТЬ МЕНЯ» отсутствовала, но и без нее получилось неплохо. Перебирая руками, я прополз по стальным потолочным балкам к шедшему вдоль стены брусу, соскользнул по нему на пол и поспешил к алтарю. Раскрыл нейлоновый рюкзак, сунул в него Lexicon Malos, застегнул и продел руки в лямки.
Я мог бы скрыться в тот момент. Полагаю, это было бы самым разумным решением. Книга изъята — операция Стигийки провалена. Разумеется, она с сестричками непременно попробует организовать подобное в будущем, однако на время мы их остановим.
Но сучка втянула в эту историю моего брата.
«На время» меня не устраивало.
Гарри вошел через парадную дверь, за ним плелась трепещущая в притворном ужасе Стигийка. Мой брат, высокий, костлявый, с резкими чертами лица и внешностью головореза, был в своем стандартном чародейском наряде — черном кожаном плаще. В левой руке он держал резной посох, в правой — короткую резную палочку, кончик которой светился зловещим красно-оранжевым огнем.
Я ждал их.
Я накинул на плечи темно-красное одеяло, чтобы создать видимость драматичного церемониального облачения. Встал над ребенком, взял в руку обнаружившийся на алтаре устрашающий нож, откинул назад голову и растянул губы иллюзорного обличья в ухмылке.
— Что ж! — прогремел я что есть силы. — Вы победили моих прислужников!
— Ты, должно быть, шутишь, — отозвался мой брат, разглядывая меня со смесью удивления и неприкрытого презрения. — Только гляньте на это убожество! Видал я школьные пьесы получше!
— Молчи! — проревел я, нацелив на него нож. Мои глаза не отрывались от Стигийки, которая потрясенно таращилась на меня. Хе-хе. Так тебе и надо, крошка. Впредь не будешь придумывать истории о воображаемых мерзавцах — они имеют обыкновение воплощаться в жизнь. — Кто смеет прерывать мой…
— Знаешь что? — сказал Гарри. — Forzare!
Его посох рванулся вперед, и невидимый грузовик врезался в меня на скорости тридцать миль в час.
Я отлетел назад и ударился о стопку поддонов.
Пробив их насквозь.
Было больно.
Затем я ударился о стену.
Она устояла.
Стало еще больнее.
Я приземлился в полубессознательном состоянии и при помощи демона поднялся на ноги. Не беда, сказал я себе. Все равно я собирался отойти на эту позицию… только не так стремительно.
В двух футах слева от меня располагался складской распределительный щит. Я протянул руку и выключил свет.
— Пригнитесь! — крикнул Гарри женщине, которая, как он думал, нуждалась в его защите. — Не двигайтесь!
Мы с демоном почти мгновенно приспособились к темноте. Стигийка тоже не растерялась. Она где-то добыла кинжал с волнистым лезвием и теперь молча направлялась ко мне, решительно прищурив глаза.
Когда до нее оставалось десять футов, я кинул бутафорский нож. Она уклонилась, и оружие пронеслось мимо, выбив искры из дальней стены. Кинжал Стигийки метнулся ко мне, но я ударил ее ребром ладони в предплечье и отвел лезвие, успевшее лишь оцарапать кожу. Затем я нанес несколько резких ударов, заставив Стигийку отступить на шаг, после чего извлек из-под красного одеяла кукри, целясь ей в голову. Не попал, и попытка выцарапать ей глаза другой рукой также провалилась.
Где-то на заднем плане Гарри выполнял свои прямые обязанности. Засветив амулет, он освобождал привязанного к алтарю ребенка. Я почувствовал, как мои губы растягиваются в яростной ухмылке.