Снаружи неслись гогот и надрывное кудахтанье. Более сообразительные члены свиты охотились за птичьей мелочью, понимая, что протягивать когти за дичью покрупнее опасно для жизни. Мамба прикончила обоих коров и отволокла их на то место, где ждала перегрузки. Инстинкт подсказывал ей, что смена такого малюсенького кластера может произойти в любую минуту. Затем она вернулась и начала пожирать девушку. Рубер с топтуном, опасливо поглядывая на нее, занялись парнем и старухой. Птичья мелочь была им на один зуб.
Напрасно Мамба опасалась немедленной перезагрузки. Для замены кластера требовалось куда больше времени. И первым свидетельством этого стал уход низших зараженных. Они сообразили, что теперь им будет перепадать слишком мало пищи. Мамба осталась одна.
- О, на ловца и зверь бежит! – радостно выдал Корнет, заметив идущего по коридору административного здания Софта.
- И куда зверь побежит на этот раз? - усмехнулся Софт, который после блистательной победы вторую неделю добросовестно бездельничал.
- Никуда. Есть другое поручение. Кстати, до тебя дошли слухи о Светлогорске?
- Давно. Честно говоря, я был лучшего мнения о его защитниках.
Орда, перенацеленная Опохмелом, продолжила свой бег и обрушилась на Светлогорск. По слухам, городу досталась партия дефектных противотанковых мин, а только они могли нанести серьезные ранения элите. Противопехотные далеко не всегда выводили из строя даже руберов и рвачей. Поэтому самые мощные твари оказались у стен города. Их поддерживала толпа менее развитых зараженных, сумевших пережить разрывы мин и выстрелы защитников города. Парочка элитников могучими ударами вынесла городские ворота, еще трое вскарабкались на стены. Следом за элитой на городские улицы хлынуло еще две сотни тварей. Здесь их встретили несколько успевших развернуться артиллерийских расчетов, бронетранспортеры и снайперы. Рубка была ужасной. От тотального истребления горожан спасло полное отсутствие у зараженных согласованных действий. Большинство из них разбежалось по домам в поисках еды.
Элиту удалось прикончить ценой громадных потерь. Твари разнесли на запчасти почти все пушки и бронетранспортеры. Рядовые бойцы гибли десятками, поскольку их оружие малого калибра останавливало только лотерейщиков и топтунов. Во многом победа была одержана благодаря оказавшемуся в городе отряду стронгов, лихо отстреливавших рвачей и руберов из автоматов внешников.
- Но ты не знаешь последней новости. Светлогорцы скрывали до последнего и только недавно сообщили, что в бойне погиб их глава.
- Которому я тет-а-тет сообщил предложение Утеса насчет доли в оружейном кластере в обмен на их нейтралитет.
- Зришь в корень. Разумеется, мы не собираемся озвучивать этот секретный договор, но безвозмездно вольем солидные финансы в восстановление города. А теперь поговорим о тебе. Ты собирался прибарахлиться к свадьбе.
- Да. Хочу самое лучшее свадебное платье Эльнуре и себе приличный костюмчик.
- Вот и славненько. Мы собираемся распотрошить городской кластер. Там стоит супермаркет с едой и другими ценными вещами. А около него свадебный салон. Прокатишься, подберешь наряды, а заодно и в мародерке поучаствуешь. А то как-то несолидно получается. Ты, конечно, герой, но кое-кто уже начинает бухтеть. Типа, почему рядовой сотрудник бьет баклуши, тогда как остальные заняты делами.
- Да я все понимаю. Самому неудобно. Люди носятся с какими-то поручениями, а я вроде на особом положении. Так что поеду, без вопросов.
- Вот и ладушки…
Караван отправлялся солидный. Четыре фургона, два грузовика, рефрижератор, автобус «Неоплан», заполненный сборщиками чужого добра и мощное силовое прикрытие. А как иначе, если в Елани живет без малого десять тысяч иммунных, и все хотят кушать по три раза в день, хорошо одеваться, пользоваться качественной мебелью и техникой. Перед отправкой к Софту подошел возглавлявший набег Глухарь:
- Будешь с Монахом заниматься выпивкой. Меня Корнет предупредил, я тебе маякну за двадцать минут до отправления. Как говорится в таких случаях, совет вам да любовь.
- Спасибо. Знать бы еще, как выглядит этот самый Монах.
- А вон он уже кайфует в салоне. И место держит, специально для тебя.
Монах оказался молодым парнем лет двадцати с небольшим хвостиком, чьи манеры говорили, что не случайно он заработал свое прозвище, наверняка планировал служить Богу, да оказался в месте, где можно поверить только в сатану.