Будущий предатель попытался сохранить хорошую мину при отвратительной игре. Он шумно отнекивался и даже картинно сунул дуло пистолета себе в рот, но с самого начала было ясно, что своя жизнь ему куда дороже чужой.
А Софт окончательно раскусил коварный замысел отбросов Улья. Их голубая мечта – иметь своих людей во всех поселениях иммунных. Но как это сделать, если один из первых вопросов ментата к новичку – не мур ли он? Как оказалось, есть решение. Надо заставить работать на себя иммунного с уже готовой ментальной картой. А чтобы свести к минимуму риск разоблачения, выбрать рейдера, лишь недавно забредшего в стаб. У него там очень мало знакомых и совсем нет друзей, поэтому он, скорее всего, избежит расспросов насчет того, что произошло с караваном и каким таким хитрым образом ему удалось уцелеть.
Завербовав предателя, остальной народ муры погнали к машинам, для пленников из личной собственности превратившимся в тюрьму на колесах. Но Софт избежал общей трагической участи. В последний момент Драгун ухватил его за плечо:
- А ты, халявщик, останешься с нами.
Почти все ценные дары Улья заточены на причинение врагу максимального ущерба. Поскольку рассчитаны они на зараженных, то куда более хлипкого человека убивают со стопроцентной гарантией. Понятно, что таких умельцев муры держат под особым контролем и с большим удовольствием сплавляют внешникам. Дар халявщика являлся одним из исключений, подтверждающих общее правило. И Драгун, зная о талантах Софта, логично рассудил, что экономически гораздо целесообразнее не отдавать пленника своим работодателям, а самому использовать его дар.
Убежище муров, куда привезли Софта, находилось то ли на дальнем востоке, то ли на ближнем западе Улья. Очевидно, что попытайся муры открыто основать свое поселение там, где почти безраздельно господствуют иммунные, их бы в кратчайшие сроки стерли с лица Улья. Поэтому они ушли под землю.
Софт не знал, чем их убежище было раньше: катакомбами, вырытыми под исчезнувшим древним городом или подземными разработками какого-то сырья? Здешние условия какой-нибудь неандерталец посчитал бы верхом комфорта, однако человеку двадцать первого века тут было неуютно – это мягко сказано.
Софта загнали в пещеру с решеткой, однако в остальном сторожили его без фанатизма. Драгун по этому поводу небрежно заметил:
- Здесь до ближайшего поселения иммунных шестьдесят километров, а в какую сторону – не скажу. А вот до ближайшего развитого зараженного вряд ли больше шестисот метров. Если очень постараться, убежать отсюда можно, но вот уцелеть безоружному, выбравшись на поверхность, абсолютно нереально.
Муры, наверняка с помощью внешников, устроили удобный въезд в подземелье. Одна из стен оврага на самом деле являлась идеально замаскированной толстой стальной плитой. В достаточно просторном ангаре были установлены мощный огнемет и крупнокалиберный пулемет – на тот случай, если преследующая машину тварь будет висеть у нее на хвосте и попытается забраться внутрь.
Разговор Драгуна с Софтом не был случайным. Он хорошо знал подлую сущность своих соратников. Не по идейным соображениям работали муры на инопланетян, совсем не по идейным. Получив награду за пленников, муры с размахом отметили это выдающееся событие. Софту бы чуточку везения, и он бы в тот же день избавил местное общество от своего присутствия. Но не срослось, упившийся охранник заснул далековато от решетки, Софту не хватило двадцати сантиметров, чтобы засунуть руку в карман с ключами.
Позже он полюбопытствовал у Драгуна, к чему ждать вознаграждения от работодателей, если выпивку с закуской легко взять на любом перезагрузившемся кластере. Ведь на человеке не написано, что он мур, можно запросто мародерствовать рядом с другими иммунными. Остается только риск атаки тварей, но с этим в Улье живешь и сталкиваешься регулярно.
- Мы не тупо жрали водку, а отмечали серьезное повышение по службе, - ответил местный главпахан.
- И кто же вас повысил? – скептически усмехнулся Софт.
- Внешники, кто же еще! Они ребята продуманные, у них все под контролем, в том числе и наша служба. Отмечают любое наше шевеление. За мелочь подкидывают оружие, снарягу, за крупное ставят отметки в личных делах. Как наберешь конкретную сумму баллов, тебя переводят в местечко потеплее. Сначала делают тюремным надзирателем. Там нет риска, что тебя отловят иммунные, поджарят живьем или привяжут к дереву и полоснут ножичком по заднице, чтобы твари учуяли запах крови. Но из надзирателей мало шансов продвинуться выше. А оставаясь здесь и продолжая отличаться, ты попадешь в обслугу на базе или в других местах. Там условия почти как на гражданке, даже есть девочки. Короче, понятно, за что жизнью рисковать. Я, например, еще до этого рейда мог охранником заделаться, но в лом всю жизнь в натуральной тюряге груши околачивать. Да еще, чего доброго, тебя по ошибке на органы пустят, - Драгун издал звук, отдаленно напоминающий смех.