Опохмел вдруг шустро развернулся, а в руке у него оказался предмет, до боли напоминавший пистолет – рассмотреть лучше не позволяла темнота:
- Ты кто такой? Чего за мной шастаешь?
- Я из Елани, меня за тобой послал Утес?
- А не врешь?
- На, обыщи, - Софт медленно поднял вверх руки. – У меня нет оружия.
- Разве это что-то меняет? В Улье хватает даров, позволяющих голыми руками прихлопнуть человека, как муху.
- Можешь сводить меня к знахарю и убедиться в отсутствии таких даров.
- Шутник? Ладно, поверю тебе на слово. Теперь вываливай, чего хотел.
- Разговор очень серьезный. Стоит ли начинать его прямо сейчас?
- Намекаешь на то, что я пьян? Может, тебе отстрелить что-нибудь, тогда ты убедишься, что в глазах у меня ничего не двоится.
– Не стоит, я тебе верю.
- То-то. Но в одном ты прав, серьезные дела посреди дороги решают только конченные умственные инвалиды. Пошли ко мне, тут рядом.
Жилище Опохмела напоминало квартиру Софта за исключением одного важного нюанса – здесь не было женщины.
- Выпивку не предлагаю, будем базарить на трезвую голову, - Опохмел указал гостю на стул.
Такое заявление показалось Софту чересчур оптимистичным, но он не стал возражать, а, усевшись, тут же взял быка за рога:
- Утес зовет тебя к себе в Елань. Обещает вдвое увеличить твою зарплату.
- Интересно, с какого перепуга он стал таким добреньким? – скривился Опохмел. – На вас идет орда? Хотя нет, я спьяну ляпнул несусветную чушь. Если бы твои засекли орду, было бы поздно пить «Боржоми». Пока бы я успел, почки бы отвалились, в смысле орда разнесла бы вашу Елань по кирпичику. Тогда что?
- Без понятия, - честно сказал Софт. – Знаю только, что назревают какие-то события, но какие именно даже не догадываюсь.
- Это мне и без тебя ясно. Стал бы меня Утес звать, будь у него все в ажуре, как же! Это противоестественно человеческой натуре. Говоришь, собирается платить вдвое больше? А надо ли мне такое счастье? Тут я больше года получаю горох за то, что натурально бью баклуши. А там, сто пудов, придется вкалывать. При этом зарплату увеличат только в два раза. Маловато будет, тебе не кажется?
- Ты сможешь обо всем договориться с Утесом на месте.
- Ну-ну. До того места еще добраться надо. И если я отсюда свалю, то возникнут проблемы с возвращением.
– А зачем тебе возвращаться? У меня, пока тебя искал, было время изучить Лебяжий. Ты не обижайся, но его даже глупо сравнивать с Еланью. Унылый, сонный городок, постепенно зарастающий тиной. А в Елани жизнь бьет ключом, там гораздо интереснее.
- Вот здесь ты угодил в самую точку, - признался Опохмел. – Когда-то я специально перебрался в место, как ты выразился, зарастающее тиной. Но с тех пор прошло много времени, и сейчас такая жизнь сидит у меня в печенках. Я бы хоть сейчас отсюда уехал, вот только жаба душит. Дешево оценил меня Утес.
- А если ты будешь получать втрое больше?
- Это бы меня устроило, - подумав, ответил Опохмел. – Если ты ляпнул не от балды.
- Нет, это максимальная сумма, названная Утесом.
- Вот теперь можно выпить, - заявил Опохмел, а у Софта с души свалился камень.
Осталось чисто техническое решение вопроса. Через несколько дней в Лебяжий пришел конвой из Елани. Один его вид давал понять, насколько важной фигурой считал Опохмела Утес. Самоходная зенитка на развитых монстров, БТР для тварей ниже рангом и танк Т-72, как надежное укрытие, забраться в которое не по силам даже развитому элитному. Софту вспомнилось, что такой же прием использовали, когда Бокоплав отправлялся на скреббера. Увидев конвой, Опохмел повернулся к Софту, с которым успел близко сойтись за последнее время:
- Кажется, я продешевил, моя ценность для Елани куда выше.
- Всех денег не заработаешь, - ответил банальной истиной Софт.
- Но стремиться к этому надо, - пнув гусеницу танка, возразил Опохмел.
Софту места в семьдесят втором не досталось, его устроили в БТР. Но Софт об этом ни разу не пожалел. Путешествие выдалось увлекательным, без смертельного риска и при этом адреналиново-валидольным. Твари регулярно ходили в атаку, но за все время их потревожил всего один элитник. Атаковала хитрая тварь со стороны бронетранспортера, и успела приблизиться метров на сорок, реагируя на бьющие в ее тело пули, словно на обстрел бумажными шариками. И тут громыхнула зенитка. В туше монстра образовалась дыра размером с гандбольный мяч. Вот это элитника проняло, он утратил подвижность, хотя и оставался жив. Но теперь его голова стала отличной мишенью, и пулеметчик с удовольствием и от всей души нашпиговал ее свинцом. И это был единственный случай, когда конвой остановился, чтобы разжиться потрохами. Топтунов, рвачей и прочую «мелочь» игнорировали…