Выйдя на улицу, я приблизилась к машине брата. Влад бросил на Ивана испепеляющий взгляд, но Иван никак не отреагировал. Он покорно нес Марину, которая порола какую-то чушь и пыталась вырваться из его рук.
- Посади ее на заднее сидение...пожалуйста, - запнулась я, глядя на Ивана...с восхищением?! Что?! Какое еще восхищение?!
Парень аккуратно усадил Марину назад и осторожно закрыл дверь.
- Пока, - равнодушно бросил он мне и пошел к клубу, закуривая сигарету.
- Спасибо, - смущенно произнесла я, но ветер унес мои слова в обратную сторону, поэтому я не думаю, что Иван их услышал. Чувствуя неловкость ситуации, я села в машину. Марина притихла. Я посмотрела на нее с опаской. Она сидела, откинувшись на спинку сидения, и улыбалась.
- Ты че улыбаешься, как дура?! - взбесилась я. - Ты хоть представляешь, что могло произойти с тобой?!
- Ничего, - хмыкнула она. - Я сама этого хотела. Хватит быть пай-девочкой, послушной куклой, удобной для всех. Я хочу жить, как хочу, не слыша каждый день нотации, которые читает мне моя мать о том, что все мужики - конченные козлы, что им нужно лишь одно. Я хочу любить и быть любимой. Разве я многого прошу?! - на ее глазах сверкнули слезы. Влад молча слушал откровения Марины, глядя в одну точку.
- Конечно, нет, дорогая, - я подалась назад, сжимая ее руки. - Ты просишь то, чего хотят все люди на земле, - улыбнулась я.
- И ты тоже?! - всхлипывая, спросила она меня. - Хочешь любить и быть любимой?!
- Я и так люблю свою семью и любима ими, - немного растерявшись, ответила я.
- Нет, это понятно. Я говорю по другое: про любовь между мужчиной и женщиной, - не сдавалась Марина. Что я могла ответить ей?! Нет, в моем сердце была пустота. Такого желания во мне не было. Я не понимала, почему все так помешаны на этой любви?! Что в ней такого особенного?!
- Не думаю, - тихо произнесла я.
- Ты всегда была такой. Холодной, равнодушной, непробиваемой, - хмыкнула Марина. - Всегда знаешь, чего хочешь, и добиваешься этого. Я тебе завидую, а я не такая, - вздохнула она.
- В этом твоя сила: доброе сердце, верящее в любовь, и душа, которая видит красоту во всем, - я крепче сжала ее руки. - Я восхищаюсь тобой, дорогая...
<...>
Марина осталась у меня, побоявшись возвращаться в таком виде домой. Мы лежали на моей кровати. Марина тихо посапывала возле стенки, а я размышляла о том, почему вдруг Иван решил мне помочь. На него это было не похоже. Хотя откуда я знаю, что на него похоже?! Он всего лишь человек, обрызгавший меня из грязной лужи. Невоспитанный, самовлюбленный, наглый мужлан, верящий в свое превосходство и правоту. Меня накрыла новая волна ненависти к этому парню, и я, почувствовав облегчение, прикрыла свои глаза, засыпая.
#11
- Женя, твою мать! Работай корпусом и не давай ему бить по дыхалке! - закричал Петрович, а я чувствовала, что абсолютно выбилась из сил. Очередной удар попал в правый бок, и жгучая боль проникла в моё тело. Я скручилась. - Соберись! - заорал тренер. - На следующей неделе соревнования, а она ведёт себя, как будто в первый раз на ринге! - затараторил Петрович, и я, разозлившись, собрав всю свою волю в кулак, с разворота, что есть сил ударила Мишу ногой по голове. Он повалился на пол. - Брек! - тренер подбежал к парню, который продолжал лежать на ринге. - Мишка, как ты?! - Петрович озабоченно снял с него шлем.
- Жить буду! - засмеялся Миша, поднимаясь с пола. - Макарова, ты че лягаешься?!
- Нечего на девушку руку поднимать, - добродушно засмеялась я, подойдя к нему. - Хватит нюни распускать! Вставай! - я потянула его за руку, но вместо того, чтобы подняться, Миша притянул меня к себе, и я грохнулась на него. - Миша! - возмутилась я, чувствуя на себе его сильные руки, а он, смеясь, продолжал прижимать меня к себе.
Близость наших разгоряченных тел странно подействовала на меня, стягивая низ моего живота тягучим желанием. Я заглянула в его глаза. Он насмешливо смотрел на меня, медленно скользя руками от моей талии к бедрам.
- Эй, у нас не борьба. Хватит дурачиться! - хмыкнул Петрович, лукаво поглядывая на нас двоих.
Я смущенно встала и, снимая шлем, отошла к канатам.
- Слушай, Макарова, может, сходим куда-нибудь вдвоём?! - он приблизился ко мне, пристально глядя на меня.