Повернувшись, я показала ему смачный фак.
- В следующий раз будь аккуратнее, когда будешь проезжать мимо лужи, - сказала я, чувствуя, как от страха трясется все мое тело и дрожат конечности.
Ни разу не повернувшись, я продолжила свой путь, понимая, что я не права. Я пыталась оправдать себя перед самой собой, но выходило как-то слабо. Что на меня нашло?! Боже! Вот бы вернуть тот момент...Я бы никогда..Я бы никогда этого сделала! Никогда! Угрызения совести мучали меня до самого дома. Истязая себя муками совести, я поднималась по лестнице на пятый этаж, проклиная свой поступок. Когда мои страдания дошли до той точки, что я уже начала ненавидеть себя и свое существование, мое существо взбеленилось." Стоп! Он сам виноват! Пошел он в жопу!" сказала я себе, и меня наконец отпустило. Мысли пришли в порядок, эмоции улеглись.
Приблизившись к своей двери и засунув ключ в замочную скважину, я вдруг услышала пронзительный писк. Обернувшись, я увидела, как ко мне бежит маленький серый котенок. Он беспомощно смотрел на меня большими голубыми глазами и, дрожа от холода, прижимался к моим ногам.
- Ох, божечки! Откуда ты такой взялся?! - запричитала я, присаживаясь на корточки. Немного брезгуя, я взяла котенка на руки. Он казался невесомым. - Где же твоя мамочка?! - спросила я, вглядываясь в его глаза, на что котенок лизнул мою руку, и мое сердце растаяло.
Прижимая его к груди, я открыла дверь, точно зная, что мама убьет меня, узнав, что я приютила бездомного котенка, но в то же время я была уверена, что у нее не хватит смелости выбросить его на улицу.
- Добро пожаловать, Смоки! - распахнув дверь, произнесла я и с трепетом опустила котенка на порог. - Теперь это твой дом!
#2
Смоки, причмокивая, лакал теплое молоко из старой фарфоровой пиялы, а я, загрузив свою грязную куртку в стиральную машинку, стала слушать голосовые сообщения от Марины. Который день она рассказывала мне про парня, с которым познакомилась в инстаграмме, и, судя по тому, как она была взбудоражена и восхищена им, втюрилась в него конкретно, несмотря на то, что ни разу с ним не виделась. Я каждый раз закатывала свои глаза, когда речь заходила о нем. Я не понимала, как можно влюбиться в того, с кем ты ни разу не общалась вживую. Марина отправляла мне его фотографии, скриншоты их переписки, умиляясь каждому слову, а я молчала. Советовать ей что-то я не могла, потому у меня самой ни разу не было парня, и в любовных делах я была полным профаном.
Прослушав последнее голосовое сообщение, я выпала в осадок.
"Женя, ты же помнишь, что в пятницу надо сдать предварительный вариант курсовой работы научному руководителю?! Ты же написала?!"
Твою мать! Курсовая! Я подскочила со стула и побежала в свою комнату, вспоминая на ходу тему, которую я брала в сентябре, но в голову ничего не лезло. Это был провал. Поставив загружаться ноутбук, я вдруг вспомнила, что в группе ватсапа писала своему научному руководителю эту чертову тему. Я снова понеслась на кухню за телефоном, а там меня ждал неприятный сюрприз. Смоки сходил по большому на пол. "Твою мать! Смоки! " заорала я истошным криком, понимая, что котенок не виноват. Серенький комочек замурлыкал, и я, шумно выдохнув, пошла в ванную за совком. Взглянул мельком на окошко стиральной машинки, я обомлела. Моя куртка плескалась в коричневой воде. Нет, нет! Только не это! Я дрожащими руками открыла кран, и из него потекла ржавая вода. Пиздец! Мой подбородок затрясся, и я разрыдалась. Не думала, что такие мелочи могут вывести меня из равновесия. Что за день такой?! Мои рыдания эхом отдавались в ванной, заглушая звуки стирающей машинки.
Наревевшись вдоволь, я устало схватила совок и поплелась на кухню убирать за котенком. Смоки, свернувшись маленьким комочком, спал возле пиялы, вздрагивая во сне. Чувство умиления накрыло меня с головой, и я, аккуратно подняв его, понесла в свою комнату. Удобно устроив его на кровати, я снова вернулась на кухню устранять последствия моей доброты.
<...>
- Дорогой, как прошла операция?! - мама с осторожностью обратилась к папе, который молча ел суп.
- Будет жить, - коротко ответил папа, не поднимая своих глаз. Казалось, вся тяжесть мира лежит на его плечах. Захотелось его обнять, но я не осмелилась. Он редко позволял себе нежности и сюсюканья.