Я умыла свое лицо прохладной водой и, стыдясь своей реакции, снова направилась в гостиную.
- Макарова, хватит с тебя на сегодня, - строго сказал Трусов. - Иди на улицу, - приказным тоном произнес он.
- Я останусь здесь, - ответила я ему, зажимая нос рукой.
- Я сказал, иди на улицу! - рявкнул Виктор Николаевич, и я, поежившись, пошла по направлению к выходу.
Медленно спускаясь по лестнице, я тихо ненавидела себя за то, что провалила свое первое задание, ненавидела себя за излишнюю самонадеянность, за показную самоуверенность. Я увидела свое истинное я: жалкое, слабое, безвольное.
Выйдя на улицу, я посмотрела на серое холодное небо, заметив многочисленную стаю ворон, которая кружила надо мной с громким противным карканьем.
"Слетелись на мертвечину" горько усмехнулась я, сидя на скамейке, ожидая Трусова.
Он вышел через полчаса. Продолжительно посмотрев на меня, мужчина закурил.
- Предполагаю, будет лучше, если ты, как и остальные твои одногруппники, засядешь с бумагами, - хмыкнул он.
- Нет, - помотала я головой, подняв на него глаза. - Обещаю, в следующий раз я справлюсь, - испытывая чувство стыда, я покраснела.
- Упрямая, - он бросил окурок в урну. - Ну что ж, это твоё решение. Идём, - Виктор Николаевич пошёл в сторону машины, я поплелась за ним.
<...>
Я лежала на своей кровати, свернувшись клубком. Мне необходимо было переварить увиденное и прийти в себя. "Это не американские сериалы " послышалось в моей голове. Да, это точно. Сегодня я столкнулась с проявлением смерти вплотную, и это пошатнуло моё желание работать в полиции. Краски романтизма сошли на нет, вскрыв истинное положение дел. Ко мне пришло осознание того, что смерть необратима, и как бы ты не старался, чтобы справедливость восторжествовала, человека это не вернёт - он навсегда останется мёртв.
Лежавший неподалёку телефон завибрировал давно забытой мелодией, точно описывавшей мое эмоциональное состояние.
- Да, - прочистив горло, произнесла я.
- Хочешь об этом поговорить?! - раздался тихий голос Ивана.
- О чем?! - непонимающе спросила я, до сих пор ощущая на себе запах гниющего тела.
- Об издержках профессии, - уточнил парень, и меня замкнуло. Он знает.
- Откуда ты...?! Аа, я поняла, щупальцы мафии очень длинные. У вас есть люди даже в полиции, - с презрением фыркнула я. Иван промолчал. - Нет, я не хочу об этом говорить, - я сжала свои губы в тугую линию. - Хотя знаешь, что?! - и тут меня прорвало. - Ты виноват в смерти того парня! Ты распространяешь наркоту, не заботясь о последствиях. Тебе плевать на этих людей. Ты бесчувственный, жестокий урод! Из-за таких, как ты, гибнут люди. Тебя там не было! Это было ужасно! Он мог жить, радоваться жизни, дружить, любить. У него была вся жизнь впереди, если бы он не подсел на наркоту. Ненавижу тебя, ненавижу! - крикнула я в сердцах, и слезы вновь подступили к моему горлу. Я поняла, что не готова видеть каждый день смерть людей. Несмотря на всю мою браваду, я оказалась слабым человеком. Иван продолжал молчать. - Что?! Нечего сказать?! Потому что ты знаешь, что это твоя вина! Пошёл ты к черту! - я сбросила вызов и швырнула телефон на кровать.
Трупный запах продолжал меня преследовать, хотя я провела целый час в ванной, смывая с себя прилипшую ко мне грязь. Как только я закрывала глаза, я отчётливо видела посиневшее бездыханное тело, лежащее на полу и источающее мерзкий запах. Я никак не могла выбросить из головы образ мёртвого парня. Тошнота снова подкатила к горлу, и я, приложив максимум усилий, попыталась сдержать рвотный позыв.
- Женя, к тебе пришли, - мама тихонько постучала в дверь, и я, быстро вытерев выступившие на глазах слезы, спросила кто. - Какой-то молодой человек, - ответила мама.
Я вскочила с кровати и открыла дверь.
- Кто?! - я удивлённо посмотрела на неё.
- Парень, - с улыбкой произнесла мама.
- Я никого не жду, - проговорила я, прикусив щеку с внутренней стороны.