Мама только пожала плечами. Я направилась к двери. Распахнув её, я увидела в подъезде Ивана и оторопела.
- Что тебе нужно?! - разозлилась я.
- Хотел поддержать, - хмыкнул он, пристально глядя на меня.
- Убирайся! - сказала я и закрыла дверь, но Иван поставил свою ногу в образовавшийся просвет между дверью и косяком и, с силой открыв дверь, притянул меня к себе. - Что ты себе позволяешь?! - успела я сказать, и он прижал меня к себе.
Я попыталась оттолкнуть его, но Иван продолжал сжимать меня в своих объятиях.
- Тише, - произнес он хрипло. - Тебе это надо, - парень гладил меня по волосам, целуя в макушку, и я разрыдалась, как маленькая девочка.
Я обхватила его тело и, судорожно дрожа от всхлипываний, спасительно прижималась к его сильному телу, ощущая успокаивающий запах сигарет, мяты и мужского тела.
- Моя девочка, - Иван продолжал гладить меня по волосам своей тёплой рукой, а я не хотела отпускать его, мечтая навсегда остаться в его крепких объятиях. От его слов сладкая волна прокатилась по моему телу, пробуждая сотни бабочек, замерших в моем животе. - Наивная и верящая в справедливость и добро. Для тебя есть только чёрное и белое, а серого не существует, хотя весь мир серый. Мир сломает тебя, прожует и выплюнет как безвкусную жвачку, если ты не научишься жить по его правилам.
Я отпустила его и сделала шаг назад. Вглядываясь в его правильные черты лица, я вдруг поняла, что оно мне знакомо. Я не раз видела эти спокойные карие глаза и высокие скулы. Но где?!
Последние его слова вовсе выбили меня из колеи. Я уже была в подобной ситуации.
"Ты должна уметь постоять за себя" прозвучало в моей голове.
Ваня?! Его тоже звали Иваном.
Иван Волков.
Мои кишки скрутило от осознания. Нервно сглотнув, я попятилась назад. Это невозможно! Через столько лет я вновь встретила его.
- Отпустило?! - улыбнулся Ваня, а я растерянно смотрела на него.
Первая любовь. Восхищение. Нетерпеливое ожидание каждой перемены, чтобы снова увидеть его. Боль и разочарование, когда он выпустился из школы и исчез из моей жизни. Маленькая девочка вновь встретила своего героя.
- Женя, - ласково позвал он меня.
- Все нормально, - я скрестила свои дрожащие руки на груди, чтобы скрыть нахлынувшие чувства. - Думаю, тебе пора, - открывая дверь, сказала я, не смотря на него. - Спасибо, - я захлопнула дверь перед его носом, даже не попрощавшись.
<...>
Я не мог не узнать ее. Она смотрела на меня теми же большими карими глазами, полными упорства и смелости, что и тогда, когда я отвадил тех мальчишек от нее. Маленькая храбрая девочка...
Когда я прижал ее спиной к своей груди и обхватил ее хрупкие руки своими, я ощутил невероятный прилив сил. Мой живот затвердел лишь от одной мысли, что я мог бы с ней сделать, оставшись наедине. Вдыхая аромат ее тела и волос, я не мог сосредоточиться на ебучей банке от пива. Настолько Женя увлекала меня, заставляя прижиматься к ней плотнее. Черт! Наверное, она почувствовала на себе мое безудержное влечение к ней, однако не отстранилась от меня, продолжая стоять вплотную ко мне, и это дало мне надежду...
Она чутко откликалась на мои нескромные прикосновения, сладко постанывая в мои губы, сводя меня с ума. Темнота скрывала нас, и я не мог разглядеть ее лица, но чувствовал,как она плотно сжималась вокруг моего пальца, истекая внутренними соками, жадно кусая мои губы. Я еле сдерживал себя, чтобы не нагнуть ее раком и не заполнить ее тело собой до отказа, безудержно входя в нее, каждый раз выжимая свое имя. Сладкая. Моя.
На следующее утро я подкараулил ее на кухне.
- По поводу вчерашней ночи. Это было ошибкой. Я выпила слишком много и не контролировала себя. Это ничего не значит. Я надеюсь, это останется между нами, - произнесла она, отстранившись от меня, лишив меня дара речи.
Я стиснул свои зубы от накатившей меня злости. Женя решила слиться.
- Ты не была пьяной, - хмыкнул я. - Ты хотела этого так же, как и я, - сверля ее своим пронизывающим взглядом, произнес я. - В чем проблема?!
- Ты правда не понимаешь?! - язвительно спросила она, отходя от меня еще на шаг. - Дело в тебе. Ты хладнокровно убиваешь людей и распространяешь наркоту, - фыркнула Женя, презрительно посмотрев на меня, словно я кусок говна.