Нас встретила женщина лет сорока. Невооружённым глазом было видно, что она любит выпивать. Много выпивать. Серое заплывшее лицо сосредоточенно посмотрело на нас, а затем, поздоровавшись, впустило нас в дом.
Обшарпанные ковры, которые никто и никогда не вытряхивал и не пылесосил, грязные засаленные занавески на окнах, разбросанные вещи по дому - все говорило о неблагополучии семьи.
Нас усадили на старый продавленный диван. Мне было неловко. Я чувствовала свою вину за то, что эта семья так бедно и плохо живет. Я стыдилась того, как я была одета, какой марки был мой телефон, сколько денег я трачу на еду. Я не могла посмотреть в глаза этой женщины, потому что моя жизнь была намного лучше, чем её.
- Расскажите, когда вы обнаружили, что ваша дочь пропала?! - Виктор Петрович задал привычный вопрос, пристально глядя на женщину.
- Я закончила стирать белье в бане и зашла в дом. Мне показалось, в доме подозрительно тихо. Я стала звать дочку, но никто не ответил. Я обыскала весь дом, - она монотонно излагала суть дела, теребя свои пальцы, не проронив ни слезинки. - Потом я вызвала полицию.
- Может, она зашла к соседям?! - спросил Виктор Петрович.
- Нет, - кратко ответила она.
- Почему вы так уверены? - удивился Виктор Петрович.
- Мы не общаемся с соседями, - хмыкнула женщина. В её глазах сверкнула злость.
- Ясно, - произнес Виктор Петрович. - Опишите, пожалуйста, внешность ребенка и одежду, в которую она была одета.
- Светлые волосы до плеч, голубые глаза. На лбу шрам. Одета была в розовую кофточку и красные колготки, - ответила женщина.
- Из дома что-нибудь пропало?! - поинтересовался мужчина.
Что здесь может пропасть?!
- Вроде ничего, - неуверенно сказала она.
- Во сколько примерно вы обнаружили, что ребенок пропал?! - он изучающе посмотрел на нее.
- Где-то в 9.40, - ответила женщина, и я напряглась.
Откуда она знает точное время пропажи?! Она специально посмотрела на часы?!
- Откуда вы знаете точное время?! - спросил Виктор Петрович, будто читая мои мысли.
- Когда я стиралась, мне позвонили из банка. Выключив телефон, я посмотрела на время и решила проведать дочку, - как-то неуверенно ответила женщина.
- А почему вы не взяли дочку с собой?! - напрягся Виктор Петрович. - Сколько ей лет?!
- Два годика, - она опустила глаза в пол, и мне показалось, что женщина вот-вот заплачет.
Как она могла оставить такого маленького ребёнка дома одного?!
- Алина у меня спокойная. Включишь телевизор, она и сидит смотрит мультики. Может так целый день просидеть, - пояснила женщина, а в моей голове все равно не укладывалось, как она спокойно могла оставить ребёнка.
- Трусов, можно тебя на минуту, - высокий парень просунул голову в дверной проем. Парень из судмедэкспертной группы.
Виктор Петрович вышел на улицу. Его не было несколько минут. В это время мы сидели молча, испытывая неловкость друг перед другом.
- Она обязательно найдётся, - не выдержала я. - Мы постараемся её найти.
Женщина резко посмотрела на меня, и крупные слезы покатились по ее потемневшим щекам. Мне захотелось её обнять, но я продолжала сидеть, не шелохнувшись.
Трусов вернулся чернее тучи. Он бросил презирающий взгляд на женщину. Он что-то узнал?!
- Есть ещё что-нибудь, что вы хотели бы сообщить нам?! - спросил он.
- Не знаю, - пожала плечами женщина.
- Если вдруг что-то вспомните, позвоните по этому номеру, - Виктор Петрович оторвал кусок от большего листа и, начиркав свой номер телефона, протянул женщине.
- Хорошо, - шмыгнула носом она.
- До свидания, - бросил он и вышел из дома. Я поспешила за ним.
На улице он нервно закурил сигарету, резкими шагами добираясь до машины.
- Эксперты что-то нашли?! - нетерпеливо спросила я, пытаясь выяснить причину перемены его настроения.
Виктор Петрович продолжал молчать.
- Что случилось?! - не унималась я.
- Ребята нашли две маленькие кости в банной печи, - ответил наконец он.