- Ты - восхитительный цветок, манящий своей красотой и благоуханием, - Иван нежно коснулся пальцами моего лица, от чего я покрылась мурашками. - А я - грязь, я не достоен тебя, но ты заполнила все мысли, - он снова прильнул к моим губам, и я поцеловала его. - Что случилось?
- Мне кажется, я не смогу работать в полиции, - непрошенные слезы скатились по моим щекам.
- Сможешь, - большим пальцем он смахнул слезинки с моего лица. - Умерших людей не вернешь, но ты можешь наказать человека, совершившего преступление, чтобы восторжествовала справедливость. В этом заключается твоя работа. Отбрось сочувствие и впечатлительность, и останутся ярость и желание довести дело до конца. Ты - сильная девочка, ты справишься, - Иван убрал мои волосы назад. - Не дай своим чувствам взять над тобой вверх. Если это случится, тогда твоя песенка спета.
Его слова вселяли в меня уверенность. Я чувствовала в нем поддержку и защиту, то, чего мне не хватало. Я сидела на его коленях, прижимаясь к его сильной груди, наслаждаясь его прикосновениями. Мир сузился до нас двоих. Я снова превратилась в восьмилетнюю девочку, с восхищением смотрящей на парня, защитившего её.
- Я хочу, чтобы ты принадлежала мне, - Иван пристально посмотрел на меня.
Хотелось кричать "да", но я не могла. Иван был из другого мира, чуждого мне. Я не принимала этот мир, в котором были деньги, наркотики, убийства, царили жестокость, бесчеловечность, насилие. Я разрывалась между желанием быть с ним и здравым смыслом.
- Ваня, это невозможно, - тихо ответила я.
- Если отбросить все условности, взять только нас двоих?! - он вглядывался в мои глаза, касаясь большим пальцем моей нижней губы. - Есть я и ты, и ничего больше.
- Но это неправильно. Всегда есть что-то ещё. Мы живём в мире. Нас окружают люди. Есть обязанности и убеждения. Я не могу поступиться со своими убеждениями, - задыхаясь, я начала объяснять причину почему мы не можем быть вместе.
- Есть только ты и я. Остальное не имеет значения. Я мог бы взять тебя силой, - произнес он. У меня сперло дыхание. Жаркая волна поднялась из глубин моего тела, расцветая красными маками на моих щеках. - Но я хочу не только твоё тело. Мне нужна твоя душа. Открой мне свое сердце, - его карие глаза гипнотизировали меня.
- Ваня, - выдохнула я, собираясь отказать ему. - Нет.
- Да, - целуя меня в шею, прохрипел он.
- Нет, - запрокинув голову назад от возбуждения, ответила я.
- Да, - его руки заплыли под мою футболку, нежно поглаживая мой живот, опускаясь все ниже и ниже.
- Ваня, - теряя контроль над собой, я закрыла глаза.
- Скажи это чёртово слово, - Иван начинал злиться.
- Нет, - сопротивлялась я, хотя моё тело давно было во власти его рук.
- Одно лишь слово, - пуговица на моих джинсах ослабила пояс. Я сжалась в сладком предвкушении. Длинные пальцы медленно скользнули в меня, выдавив из меня вожделенный стон. - Скажи его, - не унимался Иван, двигаясь во мне, медленно лаская складки моей кожи.
- Да...- прохрипела я.
Он жадно впился в мои губы, продолжая сладкую муку своими пальцами. Горячий шар заставил сжаться мой живот от знакомого приятного ощущения близости. Мои стоны утонули в наших поцелуях. Через пару мгновений я откинула голову назад не в силах сдерживаться. Эйфория накрыла меня с головой. Казалось, я вот-вот отключусь. Бешенное сердцебиение отбивало ритм в моих висках, я хватала воздух ртом, стараясь не задохнуться...
Лишь, когда я пришла в себя, я поняла, что все это время мы сидели в машине возле моего дома. Страх всецело завладел мной: вдруг кто-то видел, что мы здесь вытворяли?! Твою мать!
Я смущенно пересела на пассажирское сидение, застегивая джинсы. Я смотрела куда угодно, но только не на Ивана. Тонированные окна немного успокоили меня, но была ли шумоизоляция у машины?! Мои щеки снова покрылись краской.
- Мне пора домой, - закусив губу, сказала я, хватаясь за ручку.
- Постой, - Иван снова прижался губами к моим губам. - Увидимся вечером?!