— Смотрел уже, — он взлохматил волосы, шумно вздохнул. — Зоя, что происходит?
— Да что ты заладил? Уже спрашивал, а я тебе отвечала! — Зоя разнервничалась ещё сильнее. Неужели Константин Андреевич проговорился? Как же невовремя. Как ей теперь объяснить, что ничего не было, что это был поцелуй, один поцелуй… ну ладно, два.
— Зоя, скажи прямо, у тебя кто-то есть? — он приостановился, набрал воздух и выпалил: — Ты мне изменяешь?
Зоя сделала несколько шагов вдоль скамейки, взмахнула руками, возмущённо затрясла головой.
— Бред какой-то. Не изменяю я тебе, что за сцены ревности! Не ожидала, — возмутилась она, но услышав свой голос, поняла, что сама себе не верит.
Антон услышал неуверенность в её голосе.
— Ты лжёшь.
Зоя на несколько секунд задумалась, вспомнила простое правило: «всё отрицай до последнего». Может, это просто догадки, и Константин Андреевич ничего и не говорил? А если и говорил, на его здравомыслие точно не стоит полагаться. Да ведь ничего и не было на самом деле!
— Не лгу. И мне надоели твои придирки!
— Мои придирки?!
Антон вскочил так резко, что Зоя пошатнулась, споткнулась о покрышечного лебедя и едва не упала.
— Твои, — она выровнялась и оглянулась на окна домика. Успела заметить, как шелохнулась штора. Тамара Тимуровна опять подслушивала и подглядывала. Как некстати сейчас были свидетели ссоры.
— То есть ничего не происходит, и это всё моя больная фантазия? Даю тебе последний шанс, Зой. Лучше сама признайся: ты мне изменяешь?
Она возмущённо тряхнула головой.
— Знаешь что… я, пожалуй, переночую сегодня у подруги.
Зоя действительно разозлилась. Меньше часа назад выиграла тяжёлую борьбу с собственными неконтролируемыми чувствами к Максиму, выбрала Антона, а он устроил ей такую некрасивую сцену. Чувство вины душило её и подогревало злость. Какая разница, что думает Антон или Максим, если она сама считает это изменой? Поэтому и стыдно, и неловко.
Антон сощурился.
— Какой подруги?
Зоя приостановилась у калитки.
— Тебя это не касается. Думаешь, никого у меня тут не осталось с тех пор, как я училась в институте?
Антон язвительно усмехнулся.
— Уверен, что остались. Только не подруга, да Зой?
Зоя взялась за ручку, оглянулась.
— Спокойной ночи, Антон.
Она хлопнула калиткой и почти бегом направилась в сторону центра. Ни о какой подруге сейчас не думала. Потом разберётся, куда идти и что делать. В крайнем случае, переночует в гостинице. Видеть сейчас Антона она не хотела и не могла. А ещё подозревала, что в любой момент может нагрянуть будущая свекровь и устроить ей разнос за обиженного сына.
Зоя успела пройти несколько кварталов, углубилась в парк, когда телефон тренькнул одиночным сообщением. Она включила экран. Увидев, что это послание от Антона, хотела засунуть телефон обратно в рюкзак, но передумала и всё-таки просмотрела. Антон прислал фотографию. Одну единственную фотографию, ни подписи, ни комментариев к снимку не обнаружилось. На фото была она… и Максим. Неведомый папарацци застал их как раз во время поцелуя на скамейке. Зоя и не представляла, как это выглядело со стороны. Ладони Максима на её ягодицах, она буквально сидит на нём, плотно притиснувшись и обхватив ногами его бёдра. Дело тут было не столько в поцелуе, сколько в их позе. Это выглядело очень неприлично.
Кровь хлынула к лицу, заполыхали щёки и шея. Зоя готова была провалиться сквозь землю. Кажется, ей никогда ещё не было так стыдно и одновременно так горько. Как ему должно быть было больно увидеть тот снимок? Что он подумал о ней? Предательство, измена, ложь… Какая же она тварь. Прав был Константин Андреевич. Ведь она видела эту боль в глазах Антона, он хотел, чтобы она сама призналась, может, и получился бы разговор, а сейчас ей жутко стыдно перед ним. Какой тут разговор? Пошлёт её и будет прав. Теперь только просить прощение и надеяться, что он простит.
Зоя вышла из парка, и не заметила, как оказалась недалеко от тренажёрного зала, в аллее, ведущей в речке. Не аллея даже, а заросший и неухоженный, практически не освещающийся лесок. Последний фонарь остался позади, впереди ждала тёмная тропинка, похожая на вырезанную из ужастика сцену. Дождь так и не начался, тучи повисли над головой, воздух пропитался озоном, искрился и будоражил.
Зоя остановилась, почему-то вспомнила слова Константина Андреевича. Как-то он вещал что-то про отсутствие фонарей и опасность в темноте, а сегодня гнал её в ночь и берёзки, уверяя, что она заслужила. Вдалеке послышались шаги. Зоя обернулась, увидела на границе света и тени девушку. Та шла в её сторону, опустив взгляд в телефон, с кем-то активно переписывалась. Зоя облегченно выдохнула. Не маньяк и, слава богу, даже не её ровесница, явно школьница. Безобидная и улыбающаяся. Можно было пройти по аллее с ней за компанию, а можно — вернуться в освещенную часть парка. Домой к Антону она точно не пойдёт. Сначала нужно обдумать своё предательство, пережить это в тишине и изобрести выход из ситуации.