Я добралась до следующего зала.
Прижалась к стене, медленно, сантиметр за сантиметром, высунула голову из-за угла.
Есть.
Охранник. Сидит на ящике, ноги вытянул, ковыряет ногтем в зубах. Скучает. Ничего, я ему ничего устрою веселую.
На секунду задумалась, что ему сказать.
Личина голосов — моя любимая игра.
— Эй, ты! — окликнула я голосом Терена. Кажется, второй раз получилось даже лучше. — Иди на улицу. Убери за собой.
Охранник дёрнулся, нахмурился.
— Да я же убрал, — пробурчал он. — Всё чисто там.
— Плохо убрал! — отрезала я тем же голосом, даже манеру фраз скопировав. — Я проверю. Давай, живее!
Он поднялся, недовольно шмыгнул носом.
— Чёртова придирка… — пробормотал, но пошёл. Послушно, как и рассчитывалось.
Я двинулась вперёд — осторожно, шаг за шагом, ощущая каждый камень под ногами. Мимо клеток, правда, эти выглядели на порядок качественнее.
В одной я заметила двух незнакомых мужиков — по виду такие же «товары», как девчонка. Оба в отключке, головы свесились, руки болтаются.
Я прошла еще чуть дальше и резко остановилась.
Сердце больно ухнуло в пятки — а потом разом поднялось обратно. На полу, привалившись к стене, без сознания лежал Морн.
Я прикусила губу, глядя на него сквозь решётку. Что делать, когда открою дверь? Привести в сознание пощёчиной? Или, может… просто дёрнуть за плечо? Вдруг он очнётся резко и всадит мне локтем в лицо — как это обычно бывает с обученными бойцами?
Когда я решила, что кину в него сапогом и дело с концом, он резко распахнул глаза.
Серые, ясные. Внимательные.
Он сел так стремительно, будто и не был без сознания ни секунды, и уставился прямо на меня.
Верёвки на его запястьях давно валялись на полу — аккуратно перетёртые.
Надо отдать законнику должное. Он не задавал глупых вопросов из разряда «кто ты» или «как ты выбралась». Нет.
Он просто поднялся на ноги одним резким движением. Подошёл вплотную к решётке и обхватил прутья пальцами так, что я сделала шаг назад.
— Ты можешь открыть эту дверь? — Морн требовательно уставился на связку ключей у меня в руке.
– А зачем? – голос у моей личины оказался под стать внешности: слегка тонкий и настороженный.
– Чтобы выбраться на свободу, – терпеливо произнес маршал. Ну как терпеливо…Голос спокойный, но уголок рта дернулся.
– Тут охрана везде, – сказала я громким шепотом.
– Но ты же как-то выбралась.
– Мне повезло. Но дальше не могу, – и снова не соврала. Мне повезло, что верзила оказался настолько непригоден для охраны. И да, дальше я не могу — не без моих законников. То есть… не моих. Просто тех, кто мне нужен для моей цели.
Маршал посмотрел прямо, твёрдо:
— Я законник. Моя команда здесь. Они живы. Ты откроешь мне дверь — я доберусь до них, мы всех освободим. И тебя тоже.
Я сделала вид, что задумалась, а потом, хлопнув глазами, наивно спросила:
– А вдруг вы обманываете?
Он медленно вдохнул, медленно выдохнул. И по тому, как напряглась линия его плеч, было ясно: нервы начинают сдавать.
Красиво. Смотрела бы и смотрела.
Но он прав — сейчас не время для игры.
Свободной рукой чуть потеребила кончик косы, сохраняя маску «наивной добродушности»:
— Ну… я же не могу бросить вас тут. Вы… хороший.
Дверь поддалась с первого же поворота ключа — тихо, без скрипа, будто сама согласилась нас выпустить.
Морн вышел так уверенно, словно и не был секунду назад пленником, и сразу протянул руку:
— Ключи.
Я старалась держать связку так, чтобы пальцы не коснулись его кожи — вспоминая о даре девчонки, чьи черты я ещё носила. Он заметил мою осторожность, но ничего не сказал. Просто забрал ключи и коротко приказал:
— Затаись. Не выходи, пока не услышишь мой голос.
Он не спрашивал, могу ли я. Он просто говорил как командир — а я знала, что спорить бессмысленно.
Перед самым уходом Морн остановился и бросил короткий взгляд через плечо:
— Ты видела девушку? В длинной юбке… волосы на затылке затянуты?
Я на мгновение замялась, изображая попытку вспомнить, потом кивнула:
— Да.
— Она …живая? — спросил он с короткой паузой.
— Вроде дышит, — ответила я неуверенно.
Морн на секунду закрыл глаза и сквозь зубы выдохнул что-то. А затем исчез в темноте коридора.