— Дорога есть, — ровно ответил Морн, даже не оборачиваясь. — Просто она честная. Показывает, что нас ждёт впереди.
– А если моя лошадь поскользнётся и ногу сломает? — не согласился Лис. — Меня уволят, тебя понизят, Элла расстроится… а архивариус получит такую психологическую травму, что больше никогда в седло не сядет! Пешком будет ходить всю жизнь.
Элла покосилась на него и сказала спокойно, почти буднично:
— Не дрейфь. Переправа много времени не займёт.
Конечно. Вода.
Я вспомнила, как тогда, у дамбы, Лис упорно держался на безопасном расстоянии от кромки. Что же, теперь становилось понятно поведение Лиса. Всё-таки жизнь забавная штука: злодейка, что не боится ехать бок о бок с законниками, вздрагивает от каждой молнии… и оперативник, который не сдаётся перед наёмниками до последнего, боится глубокой воды. Я острожно покосилась на следопыта и маршала. Любопытно, какие страхи терзают их?
Мы медленно скатились вниз к берегу. Справа открылась широкая полоса воды — неспокойная, со струями и завихрениями. Течение было заметным даже на расстоянии.
Лис остановил коня так резко, что тот фыркнул и обернулся к нему с упрёком.
— Тут никого нет! — громко заявил он. — Абсолютно. Никого. Ни души. А если нет никого — значит и переправы нет. И мы можем спокойно, безо всяких лишних разговоров… вернуться обратно. Да? Да!
И, как назло, в этот момент из-за груды бочек сбоку раздалось:
— ПЕРЕПРАВА НУЖНА?
Из-за бочек выбрался мужик, жилистый, загорелый, с лицом человека, который видел и бурю, и войну, и то, как дети едят суп без хлеба. Он отряхнул рубаху, будто сбивал с неё невидимую паутину, и уверенно подошёл.
— Чего стоим? Чего мёрзнем? Переправа есть, если платить будете. Четыре серебрушки за человека, три за лошадь, за груз — по договорённости.
— По такому течению не пройдёшь, — сразу заявил Лис с видом опытного речника. — Придётся ждать… ну… минимум сутки. Может, две. А лучше — объезжать. Далеко. Очень далеко.
— Так я работаю с рекой, — пояснил мужик. — Успокою её, как собаку на цепи своим даром. Не бойтесь.
Морн спрыгнул с седла.
— Нас четверо. И лошади.
Он сказал это спокойно, уверенно, без эмоций.
То есть как раз так, как говорит маршал, который уже решил, что будет через эту реку.
— Так… — мужик прикинул в уме. — С вас… дайте подумаю…
— Девятнадцать серебрушек, — автоматически подсказал Лис, потому что даже страх тонуть не мешал ему экономить.
— Правильно, — кивнул перевозчик. — Девятнадцать.
Лис сразу же вытянулся в седле, изобразив нечто вроде солидности:
— Ага. То есть… нет. То есть… мы-то переправимся, конечно. Мы люди надёжные, стойкие, непоколебимые, но… — он сделал широкий жест на лошадей. — Животные! Жаль их. Им же стресс.
Именно в этот момент из-за сарайчика вышел второй мужик — низкий, лысоватый и капельку суетливый.
— Лошадей могу я успокоить, — заявил он. — Тоже даром. Станут тихие, как шелковые. За дополнительную плату.
Лис вдохнул резко — но тут же превратил это в бодрый смешок:
— Ха! Великолепно. Замечательно. Просто… восхитительная идея. Только вот… успокаивать лошадей — прекрасно, а вот мы… то есть люди… нам-то это не нужно.
Маг усмехнулся:
— Людей я тоже могу успокоить.
— Нам не нужно, — отчеканил Лис слишком быстро.
— Но будет дороже, — добавил маг. — И есть побочный эффект.
Лис приподнял бровь с безупречной вежливостью человека, которому категорически всё равно, что за эффект, потому что его это абсолютно не интересует, но невежливо не уточнить:
— И… какой же?
— Несколько часов можете считать себя… — маг поискал слово, — …лошадью.
— Нам это не нужно, — снова повторил Лис, тряхнув темной головой.
Маршал достал кошель и расплатился за всех — сразу, точно, не торгуясь ни о серебрушку. Лис едва слышно втянул воздух. То ли от суммы, то ли от того, что теперь официально пути назад уже не существовало.
Плот оказался большим — почти дом на воде, только без стен и крыши. Настил из широких досок, перетянутых толстыми верёвками, пах мокрой корой и водой. По бокам привязаны бочки для плавучести. Лошади заходили первыми — неспешно, осторожно, но маг уже прошёлся вдоль них, и его дар подействовал: животные будто разом выдохнули и успокоились, стали двигаться мягче, ровнее.
— Им хорошо, — сказал маг. — Как после тёплой ванны.
— А нам? — тихо спросил Лис.
— А вам лучше не прыгать. И не думать о глубине, — доброжелательно посоветовал перевозчик.
Лис ничего не ответил, но его улыбка стала такой напряжённой, что я удивилась, как она не треснула.