Пришло время познакомиться заново. Через движения, паузы, дыхание.
Я сделала шаг вперёд, и он — шаг навстречу.
Ритм требовал неторопливости, почти осторожности, и мы поддались ему. Кайден чуть наклонил голову, медленно, будто намеренно, и его дыхание коснулось моей шеи. Не дотронулся губами, не прикоснулся — просто провёл носом так близко, будто он принюхивается. Как зверь, что узнаёт, кто перед ним.
Я ответила движением — шаг назад, скольжение в сторону, обходя его по дуге. Медленно, мягко, почти дразняще. Моя ладонь скользнула с его плеча вниз, к локтю, и я обошла его со спины, едва-едва прикасаясь. Словно спрашивая: «Можно ли довериться?»
Он остановился, позволил, не пытаясь захватить контроль.
И в этом тоже было признание.
Я вышла из-за его плеча вперёд, встречая его взгляд. В серых глазах напротив горит ожидание и любопытство. Кайден поднял бровь едва заметно, словно безмолвно спрашивая. Я ответила тем, что шагнула ближе, чем требовали приличия, и положила ладонь чуть ниже его плеча.
Танец сменил характер.
Мягкое вступление плавно превратилось в ускорение — движения стали резче, требовательнее. Он перехватил мою руку, потянул — и я позволила ему, почти коснувшись его груди, чувствуя тренированное тело под формой.
Раз — шаг в сторону. Два — рывок, как будто мы спорим. Три — разворот, быстрый и почти злой в своей точности.
Движения больше не были осторожными. Они стали острыми, как колкие слова в ссоре, когда никто не хочет уступать. Взгляд в взгляд — почти вызов. Его рука крепко держит мою, и в ответ я чуть сильнее упираюсь ладонью в его плечо. Кайден подхватывает меня под талию, чуть приподнимая — резкий переход, как вспышка гнева.
Мы кружим. Он ведёт — уверенно, резко, властно.
Я следую упрямо, так же резко, не уступая полностью, но позволяя ровно столько, сколько нужно, чтобы танец жил. И от этого движения становятся похожи на игру, на борьбу, на поцелуй, который почти случился, но ещё нет.
Он — уверенный, прямой, почти непреклонный. Я — игривая, изворачивающаяся, не позволяющая поймать полностью.
Музыка сменилась снова.
Он притянул меня ближе, почти к самому себе, так что пространство между нашими телами почти исчезло. Его ладонь, лежащая у меня на спине, сместилась немного выше — туда, где кончался лиф платья. Тепло от его пальцев разлилось по позвоночнику, волнуя сильнее, чем музыка.
Я чувствовала его дыхание на своей коже. Тёплое, чуть быстрее обычного. И этот взгляд в глаза, словно он по-настоящему знает меня.
Морн сделал шаг, резкий, уверенный, подхватив меня за спину второй рукой. Мы развернулись — так, что ткань моего платья взвилась вокруг нас, как водоворот. Я почувствовала, как его грудь касается моей в каждом повороте, как мы становимся одним целым — четким, выверенным, невозможным без полного взаимного доверия.
Это была та часть танца, где женщина должна позволить себя вести. А мужчина — обещать, что не уронит.
И я аферистка и преступница, доверилась ему. Сейчас. В этом танце. Полностью.
Финальный оборот — сплетённый, красивый, очень близкий.
Музыка оборвалась.
Мы остановились вплотную, громко дыша. Его рука всё ещё на моей талии. А моя всё ещё лежит на его груди. Я слышу звук его сердца, гулкий, но в то же время размеренный.
Несколько человек вокруг восхищённо ахнули. Кто-то махает платочком, кто-то хлопает в ладоши. Нам. Именно нам.
Морн наклонился к самому уху, обдавая теплым дыханием. Голос его был тихим, ровным… и почему-то таким, что тепло разлилось под кожей:
— Спасибо, что доверилась, – просто сказал законник, даже не подозревая насколько сложно это для такой, как я.
Я улыбнулась. Почти что честно. Мне понравилось ему доверять. По крайней мере, в этом танце.
Музыка вновь перелилась уже в другой ритм, более лёгкий и круговой. Кто-то хлопнул в ладоши, кто-то рассмеялся — зал начал расходиться по местам для общего танца.
Я позволила волне движения подхватить себя. Первого партнёра даже не заметила — руки встретились, разошлись, фигура, поворот, всё происходило почти без моего участия. Я ещё ощущала тепло пальцев маршала на своей талии, ещё слышала дыхание, которое обжигало кожу у шеи, ещё держала в груди этот… странный, почти опасный отклик, возникший между нами в предыдущем танце.
Кто-то взял мою руку — я послушно шагнула вперёд.
Смена.
Другой партнёр — шаг, поворот.