Смена.
Я не смотрела на лица, просто следовала музыке, её мягким волнам, пока…
— Ну здравствуй, Хами.
Я вскинула голову. Мягкие светлые волосы, сбитые в кудри. Глубокие голубые глаза. Чувственные губы, что изогнуты в приветливой улыбке.
Передо мной стоял Убийца.
Глава 24
Убийцу я знала хорошо. Впрочем, как и каждый, кто хоть когда-то относил себя к Гильдии Зла.
Иногда наниматели сами на него выходили. Порой он сам появлялся перед тем, кому требовались его деликатные услуги. Никто достоверно не знал по каким критериям Убийца соглашался или не соглашался убирать своих жертв. Но одно было ясно наверняка: если уж этот мужчина взялся за заказ, то он будет выполнен.
От него нельзя было скрыться, его нельзя было перекупить. А еще он, каким-то чудом, всегда точно знал, кто перед ним.
Я неловко дёрнула запястьем, будто не удержала нужный темп, и совершенно спокойно спросила:
– Ты пришёл за мной?
Убийца легко подтянул меня к себе в полуобороте, и в той же спокойной манере ответил:
– Нет.
Я на миг прикрыла веки, будто просто ловлю ритм.
Наверное, люди считают, что мы – преступники совсем не ценим свою жизнь. Но правда заключается в том, что как раз живя на острие ножа, ощущаешь желание жить ярче и острее.
Мы коротко поклонились друг другу, сменив партнёров. Какое-то время я кружила с кем-то, чьё лицо даже не пыталась запомнить. А потом — едва музыка снова сменила рисунок — мои ладони вновь оказались в холодных руках Убийцы.
– Законники, с которыми я пришла, – голос отчего-то дрогнул. Впрочем, сейчас это легко списать на образ, – тебе нужен кто-то из них?
Убийца сделал вид, что расплылся в улыбке. И в этом был весь он. Играть со своими жертвами в кошки-мышки он любил.
— Хами, поверить не могу, что ты пришла сюда с законниками и даже не в наручниках, — произнёс он мягко, почти ласково, так что окружающие могли бы принять это за обычную светскую беседу. – Что дальше? Возьмешь личину благочестивой леди и станешь примерной супругой какого-нибудь чиновника?
Однако, меня было не сбить с толку. Ни сейчас, ни когда-либо. И Убийца это знал.
Я провела ладонями по собственной талии — в точности зеркально повторяя его жест.
А сама внимательно следила за реакцией. За каждым движением мимики, за малейшим изломом.
– Девчонка-следопыт. Зовут Элла.
Уголок губ чуть дернулся вниз. Я выдохнула еле слышно.
– Темноволосый парень оперативник. Лис зовут. Шебушной и привлекательный.
Убийца слегка опустил подбородок вниз. Ладно.
– Маршал с которым я танцевала?
Крылья носа чуть расширились. Плохо. Не в смысле совсем плохо, но точно не идеально.
– Тебе они нравятся, – произнес он утвердительно.
Я фыркнула. Совсем не по-архивариусски.
– Глупости какие.
Чувственные губы Убийцы сложились в фирменной улыбке. Увы, оценить ее могли лишь те, кто не видел, как ловко он орудует ножом. И я сейчас не о столовых приборах.
– Нравятся, – повторил он. – Ты переживаешь за них, – улыбка стала еще шире.
Какая-то молодая девчонка рядом зарделась и пропустила свой ход. Пришлось нечаянно наступить ей на ногу.
– Они нужны мне. Для дела.
– Как скажешь, Хами, как скажешь, – и он подмигнул, продолжая радоваться чему-то сам себе.
– Если темноволосый – твоя цель, то я еще сверху доплачу, – произнесла я, прежде, чем нас опять разомкнули.
Музыка вела, ноги сами знали шаги, но мысли были далеко. До тех пор, пока после очередного поворота передо мной снова оказались знакомые голубые глаза.
— Скажи, Хами, — негромко произнёс Убийца, подхватывая меня в новый круг, словно и не исчезал, — ты ещё держишь связь с Гильдией?
Я даже с ответом утрудняться не стала. Просто покосилась на мужчину многозначительно.
– Брось, Хами. Уже давно все забыли…почти, – продолжил мужчина со светской улыбкой на губах.
Я кинула на него взгляд. Почти серьезный, почти настоящий.
– А ты бы забыл?
– Я бы сделал так, чтобы другие забыли, – сказал мужчина после короткой паузы. Совсем короткой, но я заметила.
– Не мой профиль, – парировала я и, крутанувшись, поклонилась в последний раз, – благодарю за танец.
– Благодарю за беседу, – хмыкнул Убийца, прежде, чем перейти к другой партнерше.
Я же, напротив, направилась прочь с танцевальной площадки.
Я увидела Морна у края зала — стоящего ровно, будто он всё ещё на посту, но в уголках глаз залёг тот самый мягкий, почти незаметный свет, которого я не видела раньше. Или не замечала.
Подойдя ближе, я остановилась в шаге от него.
– Я давно не получал столько удовольствия, – вдруг произнес он.
– Удовольствия? – Я клипнула глазами.
– От танца.