- Однако разве четыре жены не больше того, что следует?
- Если бы мне было их достаточно! Хвала Аллаху, мне достаточно целого города женщин, ведь я мастер Нуну! Награда от Аллаха!
- А как вы их всех держите в одной квартире?.. Разве вы не знаете, что говорят о женской ревности?
Мастер с пренебрежением пожал своими широкими плечами и сплюнул на пол, затем сказал:
- А вы верите тому, что говорят о женщинах, их ревности и коварстве?!.. Все эти врождённые качества созданы мужской слабостью. Изначально женщина это сырое тесто, и ты должен лепить его, как тебе угодно. Я знаю, что она – животное, у которого нет разума и веры, так совершенствуй её с помощью двух вещей: политикой и палкой! И среди моих жён нет ни одной, которая не была бы уверена, что она наилучшая, самая любимая, и нет ни одной, которая бы заслуживала больше одной взбучки. И вы не найдёте такого же счастливого и спокойного дома, как мой, и жён, таких же скромных, и таких же соперничающих между собой за то, чтобы меня удовлетворить, как мои жёны, и потому они не осмеливаются меня злить после того, как узнали, что у меня есть любовница!..
Ахмад Акиф воскликнул:
- Любовница!
- Хвала Аллаху, Господу моему! Почему вы удивляетесь такой пустячной вещи? Я говорю, что домашняя таамийя вкусна, но что вы думаете о вкусе таамийи с рынка?
- А довольны ли ваши жёны тем, что есть любовница?
- Довольство равно привычке к довольству. Разве ваше мужское достоинство в состоянии побудить женщину делать то, что хочется ему, и верить в то, что вы желаете? Сильный мужчина не прибегает к разводу, разве что это одобрит объект его любви.
Ахмад улыбнулся и сказал:
- Браво, мастер!
Мастер сделал несколько затяжек одну за другой, затем спросил своего гостя:
- А вы женаты, Ахмад-эфенди?
Он лаконично ответил в негодовании:
- Нет и нет.
- Ни одной?
- Ни даже половины.
Мастер засмеялся и со своей известной откровенностью сказал:
- Без сомнения, вы попрыгунчик ещё тот!..
Ахмад таинственно улыбнулся и не отреагировал на это замечание, не подтвердив и не опровергнув его. Нуну со смехом сказал:
- Молодец... молодец!
Учитель Нуну дошёл до такого предела уверенности в себе, какого не достиг никто другой, он установил суровую бдительность в своей душе; это контрастировало с его силой, правдивостью, улыбкой, интересом к жизни, успехом и счастьем и вызывало удивление. Удивление то брало начало в неспособности соревноваться с ним, злости из-за его удачи и везения. Но это была лёгкая злость, с которой не сравнится чувство собственного превосходства, что Ахмад породил у себя в душе; и симпатия к нему взяла верх над ненавистью, вызвав у него новое желание: общаться с ним и погрузиться в жизнь этого странного квартала.
Когда он попросил разрешения уйти, мастер сказал ему:
- Вы должны выпить кофе в «Захре»; это небольшая кофейня, однако там собираются все уважаемые эфенди квартала, и вы познакомитесь с самыми лучшими его людьми, вашими соседями. Разве этим вечером вас там не будет?!..
Прощаясь, Ахмад ответил:
- Если не сегодня вечером, то завтра, иншаалла.
И он простился с ним, поблагодарив, затем пошёл своей дорогой, исследуя закоулки нового квартала...
6
Вечером следующего дня он вышел из дома и отправился в кофейню «Захра», обнаружив её в начале улицы Мухаммад Али аль-Кабир, что находилась перед улицей Ибрахим Паша. У магазина было два входа: один из них на улицу Мухаммад Али, а другой выходил на длинный переход, ведущий к новой дороге. В квартале он насчитал десятки кофеен, подобных этой, предположив, что на каждые десять жителей приходится по одной кофейне. Он приблизился к кофейне неторопливо и нерешительно, так как не привык посещать кофейни и ещё не приспособился к их атмосфере. Он чуть было не прошёл мимо её двери, как вдруг увидел мастера Нуну, сидевшего посреди группы господ, в числе которых был один эфенди из квартала балади. Мастер заметил его и поднялся, улыбаясь. Он сказал своим грубым зычным голосом:
- Добро пожаловать, прошу, Ахмад-эфенди!..
Он подошёл к нему: высокий, худой; на губах его виднелась смущённая, растерянная улыбка. Ахмад приветственно протянул руку, которая встретилась с другой, грубой ладонью, затем мастер повернулся к компании, говоря:
- Наш новый сосед, Ахмад-эфенди Акиф, служащий министерства общественных работ.
Мужчины все разом любезно и почтительно поднялись, что лишь усилило его смущение. Он прошёл, приветствуя каждого; мастер же представлял их словами:
- Сулейман бек Атта, инспектор начального образования, Сейид-эфенди Ариф, топограф, Камаль-эфенди Халиль, тоже топограф, мастер Ахмад Рашид, адвокат, учитель Аббас из Айана.