- Извини меня за беспокойство, но я спешу сообщить тебе радостную новость.
Сердце Ахмада заколотилось и он произнёс:
- Иншалла, хорошую!
- Один мой друг из служащих поведал мне, что правительство подумывает о том, чтобы отдать должное служащим, о которых оно забыло.
Ахмад облегчённо ответил, что он не знал на то истинных мотивов:
- Да обрадует Аллах тебя приятной вестью!
- Когда такой человек, как ты, двадцать лет пребывает на второразрядной должности, это мерзкая несправедливость и позорное злоупотребление кадрами.
Ахмад с безразличием пожал плечами и сказал:
- Ты же знаешь, что я не обращаю внимания ни на разряд, ни на должность.
Так они долгое время разговаривали, затем Рушди удалился, чтобы не отбирать драгоценное время у своего брата...
После его ухода Ахмад задумался об охватившем его отвращении к нему, и пришёл в негодование; сердце его страдало неимоверно. Забудет ли он, что любил его с младенчества? Разве он не знает, что юноша любит его, и даже больше, чем родителей?
Он поспешил в «Захру» незадолго до захода солнца, радуясь тому, что уходит из дома, и два часа сидел с друзьями, погрузившись в беседу, и ища прибежища в горестях, убегая от себя самого и своих мыслей, а потом пошёл домой. Рушди всё ещё не было дома – естественно, он проводит ночи в казино, и девушка как будто завладела им за короткое время – с полудня до заката, когда он предавался отдыху, и весь его день превратила в непрерывную активность без сна и покоя. Он бросил гневный взгляд на окно, которое пообещал себе не открывать, покуда он живёт в этом доме, и снимая одежду, спросил себя, не заметила ли она его отсутствие в окне?... Разве её не воспитали должным образом? Как бы ему хотелось, чтобы она знала, насколько он презирает её вероломство! Его гордость по-прежнему была уязвлена и кровоточила, подобно свежей ране, а в душе полыхало скрытое пламя.
Он заснул прежде, чем дал себе обещание оторваться от чтения, и проснулся при звуке сигнала тревоги, затем быстро поднялся, надел плащ, покинул комнату и встретился с родителями в зале. Мать волновалась, так как Рушди ещё не вернулся со своих посиделок, и стала расспрашивать о том, где он мог находиться, и молить Аллаха защитить его от беды. Пока они шли по дороге, обнаружили, что воздух был холодным и влажным, и отец сказал:
- Зимой нас ожидает ещё более тяжкое положение.
Они прошли в убежище, и заняли свои привычные места. Отец посмотрел на часы: было два часа ночи. Он озабоченно, в тревоге сказал:
- Не будет ли милосерднее, если Рушди заночует вне дома, чтобы не обременять себя тяжёлым возвращением в такой час?
Ахмад разговаривал сам с собой, смотря украдкой по сторонам, и заметил Рушди, второпях спускающегося по лестнице убежища, и искавшего глазами места, где они укрылись. Когда он обнаружил их, пошёл в их сторону, приободрившись и улыбаясь остальным. Он был разгорячён от вина – встал прямо напротив них, лицом к лицу с отцом – и поздоровался с ними, затем сказал Ахмаду:
- Была объявлена воздушная тревога, а мы были в Гамалийе, и я бежал, словно в адской тьме!
Отец прервал его окриком:
- Ты сам как чёрт, без сомнения. Не хочешь ли умерить свой пыл в такой критический момент?!
Ахмад не решился в присутствии юноши смотреть украдкой по сторонам. Но Рушди надоело сидеть и он встал, чтобы пройтись по убежищу, и Ахмад дал своим глазам полную свободу, и бросил тревожный взгляд в дальний угол, где примостилось семейство Камаля Халиля, и увидел её. Она сидела рядом с матерью, потупив взор. Он видел правую сторону её лица. Заметила ли она его?.. Считает ли по-прежнему, что ему ничего не известно о её делах? Или испытывает муки и волнение? Или только ему одному предопределено терпеть муки и тревоги?!..
В этот миг ему в голову пришли его адские желания о разрушительном налёте, и сердце его задрожало. Он поднял голову к потолку убежища, втайне молясь: «О Аллах, Милосерднейший из Милосердных», затем его взгляд упал на Камаля Халиля и Сейида Арифа, что стояли рядом с семьёй первого из них и разговаривали с его братом Рушди!! Его охватило изумление: откуда он знает их обоих? Когда это произошло? Стремился ли он таким образом к определённой цели?! Да, он и впрямь смелый юноша, и даже его собственное воображение не в силах соревноваться с ним! Его не покидало чувство восхищения, смешанное с гневом, однако он прекратил упорствовать в своих чувствах, как только раздался взрыв, внезапно нарушивший тишину, а вслед за ним обстрелы из зенитных орудий со сверхъестественной скоростью. Над трепещущими сердцами парил страх, словно ненасытный коршун, что набрасывается на напуганных цыплят и рвёт их на части. Взрыв больше не повторялся, но зато ещё какое-то время продолжали стрелять зенитные орудия, затем снова настала тишина, и люди вздохнули с облегчением. Прошла ещё четверть часа и загудела воздушная тревога отбоя. Ахмад поискал брата, но не нашёл его. Люди выходили толпами, и ему в голову пришла идея, навеявшая старые воспоминания, и он стал искать глазами семью Камаля Халиля. Он увидел, что они сидели недалеко от зала в ожидании, пока ослабеет давка у дверей в убежище, но Наваль там не было! Он вспомнил ту ночь, что побуждала его соединиться с ней, как он заколебался и проявил малодушие! А вот Рушди не колеблется и не трусит!..