Мне жаль, что я причиняю тебе боль или огорчаю тебя, но это горькая правда, и я не выдумываю. Нет иного выхода, кроме как поведать тебе правду, ведь ты – моё первое и последнее прибежище. Знай, братец, что я узнал результат снимка своей груди незадолго до прибытия в санаторий, он обнаружил серьёзное поражение правого лёгкого, а вот в левом застаревшая болезнь вырыла яму размером в пол реала, и общее состояние опасное. Вот тебе оценка дежурного врача: «Абсолютная неспособность принимать пищу, абсолютная неспособность заснуть, чистый кашель и постоянно стеснённое дыхание...! Без сомнений, я приближаюсь к концу, в этом нет ни единого сомнения. Я пишу тебе, и у меня струятся слёзы, и застилают глаза от слов, в которых я объявляю тебе о скорой своей кончине, и всякий раз, как я вспоминаю вас, меня одолевает плач...
Такое вот состояние. Заклинаю тебя Аллахом, братец, дать своё согласие на моё возвращение домой, чтобы я провёл с вами свои последние дни, пока смерть не настигнет меня..., не отвергай эту мою горькую мольбу, и повторяю, что сожалею о том, что причиняю тебе боль, но я не хитрю. Ты не должен сообщать родителям правду. Мир тебе и милость Аллаха, до свидания.
Искренне, твой брат
Рушди
Он в замешательстве прочёл письмо, и ещё много раз перечитал его, и в конце чтения почувствовал головокружение, неприятие и какое-то странное ощущение, но не отрывал глаза от письма, пока к нему не вернулось самообладание. Перед матерью он принял спокойный вид, позволявший ему солгать ей. Благодаря этому смог подумать о той, что находилась рядом, забыть о себе на какое-то время и успокоить нервы. Затем он поглядел на родителей, что ожидали от него слов, истязая его глазами, словно ждущие расстрела с незавязанными глазами. И он заговорил тоном, симулирующим негодование и досаду:
- Рушди настаивает на том, чтобы вернуться домой. И что на него нашло?!
Мать с нетерпением ответила:
- Но с ним всё в порядке?!
- Всё в порядке, слава Аллаху, однако он ненавидит санаторий!
- Верни его мне, Ахмад. Бесполезно просить его оставаться в санатории против воли.
Ахмад поднялся и сказал:
- Сегодня я поеду в Хелуан и привезу его...
И он отдал письмо отцу, а сам прошёл в свою комнату, а мать следом за ним.
Не колеблясь и не задерживаясь, он сразу же отправился в Хелуан. Всю дорогу мысли его были рассеяны, сердце было словно не на месте, а душа в тревоге. Впервые, – с самого праздника Фитр – он задумался о предстоящей смерти, грозные приметы которой уже проявлялись, и чувствовались боль, страх, отчаяние, – её глубокие признаки. Он представил себе сырую могилу, проглотившую его младшего брата, яму, очищенную от земной пыли, раскрывшую свою пасть для того, чтобы поглотить милого Рушди, который не знает, каким станет мир без него! Всякий раз, как расстояние до санатория сокращалось, грудь его сжималась всё сильнее, а страх всё твёрже давил на сердце. О Боже!.. Каким он застанет его сейчас?!. Что с ним сделала бессонница?!
Он быстро вышел из поезда, когда солнце уже клонилось к закату, и сел в машину до санатория. Затем он поднялся на третий этаж, ни на что не обращая внимания; стук сердца учащался, пока он приближался к комнате. Он вошёл, и всё его внимание сконцентрировалось на кровати перед ним. Он увидел перед собой Рушди. Увидел его таким, каким тот описал себя в письме: сидящим на постели, подперев голову подушкой, сложенной на коленях! Он проглотил слюну и воскликнул:
- Рушди!
Юноша со своим тонким, бледным лицом и вздымающейся грудью быстро оторвал голову от подушки и посмотрел на брата. Тут же блеснула радость в его глазах, и дрожащим голосом он сказал:
- Ты приехал?... Забери меня... Забери меня.
Ахмад, чтобы придать уверенности себе, сказал:
- Я для этого и приехал, Рушди...
Затем он обернулся к Анису Башаре и поприветствовал его. Молодой человек ответил на приветствие и серьёзным тоном, указывающим на его переживания, сказал:
- Бедный Рушди! Он даже не отведал вкуса сна, и прошлая ночь для него была чудовищной! И правда, лучше, чтобы он поехал на этой неделе домой, а в санаторий он вернётся потом!
Ахмад кивнул головой в знак согласия и спросил юношу:
- Вы знаете, какие здесь формальности для получения разрешения на выезд?
Анис сказал тем же серьёзным тоном:
- Без промедления бегите ко врачу!
Он не встретил никакой трудности, но зато страх и тревога напали на него из-за того быстрого согласия, которым ответил врач на его просьбу.