Пришлось объяснить, хоть и без подробностей:
«Меня слышно».
«Не мысли, а состояние» спокойно уточнила Хэгши, и Хана обдало жаром стыда за свой гнев и ужас, за недостойное предположение. Конечно, она не подключается к его мыслям, это не этично.
Цепочка переживаний могла бы продолжаться бесконечно, одно тянет за собой другое, но пришел Югей и отвлек Хана.
Хан сейчас же приоткрыл дверь и смотрел в щелку на тайрианина с восхищением и завистью. Они с Хэгши похожи, у обоих пушистая шапка бледно-золотых волос, почти одинаковый рост, но Югей чуть ниже. Из-под завитков на лбу у Югея виднелся узкий обруч из цветного металла, гладкий, без всякого декора.
Хан сразу понял, что Югей любит Хэгши, давно и без взаимности.
В чем сравнялись, печально усмехнулся Хан, закрывая дверь, чтобы не подслушивать. Ему не пришло в голову, что он подглядывал.
11
Он смотрел только тогда, когда считал, что Хэгши этого не замечает, жадно впивал малейшие подробности облика с тем, чтобы потом у себя в комнате без конца перебирать их в памяти. Понимал, что это бессмысленно, ведь взаимности нет, и опасно — от безответной любви и с ума сходят, и с собой кончают, и просто истаивают. Но ничего не мог с собой поделать.
Даже забыл о том, что операция — завтра.
«Почему?! Почему именно она должна разбирать меня по косточкам? Что может быть после такой физиологии? Опять заехал. А что может быть вообще?»
Хан оперся локтями о стол и закрыл глаза ладонями.
— Что с тобой? Тебе плохо? — услышал он тревожный голос Хэгши и поспешно отнял руки от лица.
— Нет, я просто задумался. Привычка — затенять глаза, чтобы ничто не отвлекало.
И больше так делать не буду, раз это пугает.
— Что ты намерен делать потом? Вернуться на Землю?
— Тысяча причин для того, чтобы я вернулся. И только одна, чтобы остался. Она перевешивает, — ответил Хан.
Улететь за уйму светолет и больше никогда не увидеть? Даже если бы все было идеально, то есть, взаимно — взять с собой на Землю, чтобы погибла там? Да ни за что.
…Он был уверен, что не сумеет уснуть, потому что очень сильно нервничал. Но ошибся.
12
Тщательно вымытый, выкупанный по горло в депиляторе и совершенно нагой, Хан подошел к двери операционной.
Дверь открылась, он шагнул внутрь, оказавшись в тамбуре, где его обдали потоки лучей, видимых и незримых. После этого открылась вторая дверь, и он вошел в собственно операционную.
Громадный зал вновь поразил его своими размерами и обилием сложной техники, хотя Хан уже видел это все несколько дней назад. Ему бросилось в глаза устройство с высоким ложем, окруженное аппаратурой — операционный стол. Возле стола ожидала Хэгши — герметичный легкий комбинезон, бесстрастное лицо за прозрачным пластиком маски. Она взглянула на Хана, улыбнулась ободряюще, и он перевел дыхание.
— Без ассистентов? — смог еще и удивиться.
— Их заменяют автоматы.
Она нажала на кнопку, ложе опустилось — Хан сел, потом лег, — и снова поднялось на тот же уровень.
Хэгши наклонилась, чтобы заглянуть Хану в глаза.
— Все будет хорошо.
Он чуть улыбнулся в знак согласия. Совсем по-тайриански, но просто потому, что на свою обычную улыбку был сейчас не способен.
Хэгши не удержалась, протянула руку и легко провела пальцами по его волосам. Он задержал дыхание, слушая это прикосновение и ощущения, которые оно рождало. Если бы еще раз так же.
— Вот эта линза испускает усыпляющее излучение. Ты уснешь и ничего не будешь чувствовать, а проснешься уже другим человеком.
Хан посмотрел на линзу, одну из целой грозди, нависшей над ним, потом собрался перевести глаза на Хэгши — он хотел, чтобы ее лицо было последним, что он увидит перед тем, как заснет, — но не успел, веки неудержимо сомкнулись, и больше он ничего не помнил.
Зато ее лицо было первым, что он увидел, едва очнулся. Увидел и улыбнулся — возвращению к жизни, возможности снова смотреть в эти глаза.
— Не шевелись, Хан, — предупредила Хэгши. — Все равно не сможешь двинуться, но навредишь себе усилием. Ты в силовом поле. Тебе свойственны порывистые движения, и я не могу рисковать, поэтому фиксаж максимальный. В нем ты будешь трое суток, и, поскольку это трудно выносимо, вероятно, не возразишь, если я усыплю тебя на все это время. Зато потом сразу можно будет вставать.
— Да, — шевельнул губами Хан и прикрыл глаза. Он так и уснул со слабой улыбкой на лице, не заметив, что рядом с Хэгши стоит Динор.
— Почему ты это сделала? Было бы гораздо полезнее, если бы он сразу после операции питался и совершал все отправления естественно.