- Я испекла нам оладьи, а еще принесла сыр и фрукты. Ты уже проголодался, мрмм? Я хочу остаться здесь до самого утра… мне так хорошо, когда я держу тебя за руку.
Я буквально остолбенел и молча смотрел на нее. Почему А так себя ведет, почему говорит так? Будто наша любовь не разбилась, как хрустальная ваза.
- Почему ты молчишь?
- Я…кхм…задумался.
- О чем, милый? – А погладила меня рукой по щеке.
Я рефлекторно замотал головой из стороны в сторону, отбиваясь рукой от её руки, как от назойливой мухи.
С трудом продираясь сквозь колтун на ресницах, я открыл веки и свет ударил в глаза. Рядом со мной спала, свернувшись клубком, Веснушка, а ее руки лезли мне в лицо.
Утро всегда приходит слишком неожиданно, особенно когда вырывает тебя из счастливого сна.
*******************************************************************
Веснушка осталась на день, затем еще на один. Так незаметно оказалось, что она уже много дней жила в моей квартире. Я не пытался ее выгнать, даже привык, всегда что-то мельтешило перед глазами и разговаривало, - это явно помогало моему самочувствию; жить одному бывает слишком вредно для здоровья, жаль минздрав об этом не предупреждает. Первые дни мы протянули на голом энтузиазме, а затем жизнь снова напомнила о себе пустым желудком. От голода мысли в головке пухли. На улицу я не выходил и начал больше писать. Надо сказать, что я, давно отвыкший от прикосновений других людей и в особенности от мягких женских рук, отселил себя на диван, оставив Веснушку спать на кровати, хотя она искренне не считала это необходимым. Её совсем не смущало спать вместе. Однажды проснувшись, я не обнаружил ее дома и удивился. Ведь обычно она спала дольше и всегда дарила мне удовольствие наблюдать за ней, ворочающийся и сопящей, в объятиях Морфея. Ситуация меня озадачила. Неужели она ушла вовсе? И вот, вернувшись в задумчивость, я ходил по квартире, раздираемый ожиданием. Где-то к обеду зазвучал мерзкий пиликающий звонок двери, я рванул, как напуганный зверь. У дверного замка я остановился и замер на несколько секунд, дабы сделать вид, что я совсем и не торопился. Открываю дверь, а там моя Веснушка, запыхавшаяся, с красными щечками и огромными пакетами в руках. В них оказалась целая куча разной еды, буквально пир для нашей скромной квартирки.
- Откуда всё это добро?
- Украла из квартиры моей соседки.
Я спокойно уселся рядом на табурет у кухонного стола. Кухня у нас была совсем небольшая, где буквально помещались лишь холодильник, плита, мойка, небольшой стол и два табурета. Для людей место не предусматривалось нашими мечтательными предками. Им не нужны были тесные коробки квартир. Мы вскипятили чай, и я сделал бутерброды из наших новоприобретенных запасов. Веснушка переоделась и уселась на табурет напротив, в одних трусах и футболке, сквозь которую явно проглядывали ее плотные груди. Мы стали завтракать. То ли воровство, то ли голод делали еду намного вкуснее.
- Я жила с ней чуть больше года, сразу после интерната,- начала она рассказывать, изредка отрываясь от бутерброда, - мне удавалось ее терпеть раньше, пока она пару недель назад не привела к нам жить своего нового парня. Он еще тупее ее, не знаю где она его нашла, но устроила его грузчиком в магазин, где работает кассиром. Ворует у нее деньги, а она все ему прощает, дура. Однажды утром, когда ее не было, он приставал ко мне. И рисунки мои порвал, урод. Мы из-за этого и поругались, я с тех пор там и не была. Они даже замки не поменяли, - испустила милый смешок она.
В первый раз мы заговорили о личном.
- А почему ты у меня живешь? – спросил я
- Ну как ты помнишь, мне некуда идти. А еще мне нравится у тебя.
- Ты же меня совсем не знаешь, не боишься оставаться со мной?
- Мне кажется, я тебя отлично знаю. Ты любишь темный шоколад с миндалем, угадала? – протянула мне несколько долек.
- Хах, пожалуй, люблю.
- А как ты оказалась в интернате? – спросил я, впервые заинтересовавшись ей по-настоящему, а не как утолителем моего одиночества.
Она сконфузилась и поморщив лоб, маленькой смешной гусеницей, немного погрузилась в печаль, но предвосхитив мои заботливые извинения за такой вопрос, Веснушка, будто рекламный щит с роллерным дисплеем, прокрутила на своем лице печаль обратно на спокойствие.