Завтра мне восемнадцать. И от прошлой жизни не осталось уже и следа. Я другая. Я сильная. Я мужественная. Я не ребёнок. Я не капризная Кэтрин Макклейн.
Я Энни. Энни Ноэль. И завтра Энни исполняется восемнадцать.
Глава 6
Занятия в школе шли со скоростью улитки, вернее сказать, тянулись. Сидеть на истории – это мучительно. Единственное, что радовало меня в школе, – это языки. К выпускному году я знала уже восемь языков: французский, немецкий, итальянский, испанский, арабский, албанский, русский и чешский. Учителя удивлялись, но лишних вопросов не задавали. Мол, пусть девочка учит, раз ей так нравится. А мне не нравилось, мне это было необходимо. Хантер знал пятнадцать языков. Мне до него далеко. Я, конечно, всё схватываю на лету, но познания в некоторых языках были поверхностные. Главное – их было достаточно для того, чтобы понимать перевод.
Ненавистная история подошла к концу, и вся толпа школьников направилась в столовую. Я так и продолжала сидеть за седьмым столом вместе со своими «отверженцами». Нас мало кто трогал, может быть, потому что уже надоело, а может быть, потому что был выпускной год, и мысли ребят были заняты чем угодно, но никак не парочкой невзрачных ребят.
Я проходила мимо столика футболистов, как вдруг почувствовала, что кто – то щипнул меня за задницу. От неожиданности я чуть не выронила поднос. Я резко повернулась. Из-за стола поднялся Майк Кроук, звезда футбольной команды.
– Энни, детка, а я и подумать не мог, что из такого гадкого утенка ты превратишься в красавицу. Ты просто конфетка, – он засмеялся и дал пять парню, сидящему рядом. – Может, хочешь отведать моего «принца»? – он подмигнул мне и потрогал свои так называемые «яйца». Во мне всё закипело.
Я медленно поставила поднос, подошла к нему вплотную и, глядя в глаза, сказала, сжав его так называемое «достоинство» изо всей силы.
– Если ты, мудак, ещё хоть раз дотронешься до меня или посмотришь в мою сторону, я вырву твои крохотные яйца и заставлю их тебя сожрать. Ты понял меня? – я мило улыбнулась и отпустила руку. Парни за столом катались со смеху, а лицо Майка было красным и кривилось от боли.
Я повернулась, взяла поднос и пошла за свой столик.
От резкой боли в районе локтя я выронила поднос и меня круто развернуло. Я стояла вплотную к своему обидчику. Его лицо было пунцовым и кипело от злости.
– Ты, мелкая сучка…
Больше он ничего не сказал. Адреналин кипел. Я не рассчитала силы. Итог – у парня вывих руки и переломана переносица, а меня вызвали на ковёр к директору.
– Мисс Ноэль, как вы прокомментируете данное обстоятельство? – директор Матерсон, почесал свой затылок так, как будто там он найдёт ответ.
– Извините, я … это была самооборона, он первым начал. Я лишь защищалась, – я опустила глаза в пол.
– Вы считаете, что вы защищались? Я сказал бы, наоборот, по мнению очевидцев, вы нападали! – он выпучил свои маленькие глазёнки. – Никогда бы не подумал, что такая хрупкая девушка, как вы, способна на такое!
«Вам бы и не знать, на что я способна, – промелькнуло у меня в голове. – У вас сердце не выдержит». Но я лишь пожала плечами и мило улыбнулась.
– Завтра я жду вас вместе с вашим дядей. Отвратительное воспитание. Вы свободны. На сегодня достаточно с вас занятий, – он показал мне рукой на дверь.
Я быстро схватила свой рюкзак и вышла на улицу. Неплохой день рождения!
Ну, так называемого «моего дяди» сейчас нет в городе, да и вряд ли он захочет идти и краснеть за столь выдающиеся успехи его подопечной. На улице пошёл дождь, небо затянули серые тучи. Смеясь, я зашла в кафе недалеко от школы. Я часто заходила сюда после занятий. Здесь варят отличный кофе.
– Привет, Энни, как обычно, кофе с собой? – тучная женщина улыбалась мне всегда. Её звали Марта. Она была хозяйкой. Она, наверное, единственная, с кем я общалась. Ей было больше пятидесяти, у неё было пять сыновей и куча внуков, которые постоянно бегали по заведению. Обстановка здесь была очень домашней, тёплой. Именно поэтому я любила сюда ходить. Тайком. Хантер узнает – прибьёт.
– Нет, сегодня я немного посижу. Буду кофе с пирожным, – я улыбнулась ей в ответ.
– О, пирожное, что за праздник?
– Восемнадцать! – я села за стойку и сняла куртку.
– Бак, сделай этой красотке самый вкусный десерт. За счёт заведения! Нам сегодня восемнадцать! – Марта, смеясь, через стойку чмокнула меня в щёку.
И неважно, что восемнадцать мне будет через месяц. Кэтрин больше нет. Она умерла. Теперь есть Энни, а у Энни день рождения сегодня.