– Эй ты, новенькая, хватит сидеть, иди работай! – он толкнул меня в плечо по направлению к выходу. – А ты чего расселась, тебе тоже нужно особое приглашение? Мэри, старая кляча, хватит жрать, твоя задница уже не помещается в проход. А ты чего лыбишься? Ты вообще сегодня ничего не заработала. Может отодрать тебя хорошенько, чтобы знала, как надо работать.
Сука! Напоследок я тебе сломаю челюсть, вырву язык и засуну его тебе в задницу! Чтобы ты заткнулся навсегда. Бедные загнанные девушки! Они должны пахать днём и ночью, чтобы хоть как-то продержаться на плаву. Я их не жалею, они сами выбрали свой путь. Но должно же быть хоть какое-то человеческое отношение к ним. Они же не животные. А он обращается с ними, как со скотом. Чёртов ублюдок!
– Иди, твой выход, пришёл особенный клиент. Ты должна ему понравиться. Он хорошо платит. Давай иди.
Он толкнул меня в очередной раз. Я ещё с тобой разберусь, ублюдок.
Ми Чжин весь вечер сидел за столиком и ждал появления клиента. Его задачей было отвлечь охрану на пару минут, когда я выйду танцевать стриптиз.
Я сделала всё возможное, чтобы клиент захотел засунуть деньги мне в трусы. И когда он помахал соткой, я посмотрела на Ми Чжина. Он отреагировал моментально. Проходя мимо охраны, он упал, притворяясь пьяным. Охрана отвлеклась. Я же выполнила всё молниеносно. Пританцовывая, присела возле клиента, пока он пытался засунуть мне сотку в трусы, достала из браслета капсулу и улыбаясь, воткнула её ему в шею. Быстро встала и ушла за кулисы.
– Ты куда пошла, сучка. А ну-ка вернись, твой выход не закончился! – «хозяин» схватил меня за локоть своей грязной потной рукой.
Отвратительный мерзкий ублюдок. Как ты меня достал!
Удар локтем пришёлся ему прямо в нос, который хрустнул от удара. Каблуком я проткнула ему ботинок, а коленкой ударила в пах. Он согнулся от боли и стал орать, как свинья.
Я убрала ногу и вышла на улицу, где меня уже ждал Ми Чжин.
– Откуда кровь? – он посмотрел на мой локоть, который был весь в крови.
– Не выдержала и разбила нос хозяину. Он достал меня.
Ми Чжин поднял бровь и улыбнулся. Завел мотор, и мы тронулись с места.
– Не могла уйти спокойно?
– Нет, весь вечер мечтала об этом. Я не могла уйти неудовлетворенной.
Я достала телефон и набрала Бобу:
– Ликвидация объекта. Пусан.
– Энни, ты в порядке? – искреннее беспокойство Боба тронуло. Хантер так за весь месяц ни разу и не позвонил.
– Не беспокойся, Боб, я в порядке. Завтра вылетаю в Нью-Йорк.
– До связи.
– Пока.
Жарко, душно, народ куда-то вечно бежит, торопится. Голова болит. Шумно. Нервы просто уже на пределе.
– До самолёта четыре часа! Я сойду с ума. Хочется уже побыстрее домой.
– Тебе так нетерпится уехать? Тебе не понравилось в Корее?
– Нет, понравилось, но я устала и хочу домой!
Ми Чжин молчал с самого утра. Он не хотел, чтобы я уезжала. Он сблизился со мной, увидел друга и товарища. Я сама прониклась к нему симпатией. Он был очень хорошим партнёром. Мы с ним стали командой. Мне не хотелось с ним расставаться.
– Я рад, что мы с тобой познакомились, Энни! – он дотронулся до моей руки и улыбнулся.
– Ты так говоришь, как будто мы с тобой никогда не увидимся! Ты разве не бываешь в Нью-Йорке?
– Теперь нет. Никогда! – он вздохнул и закрыл глаза. – Нью-Йорк, Нью-Йорк. Город, который манит, заманивает, околдовывает, затягивает в свои сети. Я жил в Нью-Йорке пять лет назад. Жил там лет с 14, с тех пор как отец решил испытать судьбу и отправился на заработки в Америку. Я настоял и поехал вместе с ним. Почти сразу попал в преступный мир. И уже через пару лет состоял в китайской банде Одноглазого Дракона. Это страшный и властный человек. Он никого не боится: ни власти, ни правосудия, ни мафии. Его невозможно убрать или ликвидировать. Его многие боялись. Я был в его клане информатором. Я мог достать любую информацию, хоть со дна ада. Неважно. Я знал всё и про всех. Я был верен ему больше 10 лет. Пока не появилась она. Лили. Ангел. Самый безобидный и беззащитный человечек на земле. Она приехала вместе родителями. Её отец пытался наладить небольшой бизнес в корейском квартале. Открыл магазинчик и работал вместе с семьёй, пытаясь хоть как-то существовать. Дракон «крышевал» все азиатские кварталы в Нью-Йорке. И если ему не платили, он жестоко расправлялся с должниками. Отец Лили задолжал Дракону выплату: магазин приносил только убытки, и денег не было. В гневе Дракон полностью разгромил его магазин и забрал Лили к себе в наложницы. Он издевался, насиловал и избивал. Он поступал так со многими. А потом просто выбрасывал их на улицу. Но с Лили он поступил по-другому. Она ему очень нравилась. От любви к ней он сходил с ума. А она смирилась со своей судьбой. Я влюбился в неё с первого взгляда. Она была очень красивой и хрупкой. В белоснежном брючном костюме и алой рубашке. Как шедевр. Дракон заваливал её подарками, золотом, бриллиантами, но Лили не отвечала ему взаимностью, и он продолжал брать её силой. Моё сердце обливалось кровью от знания того, что он с ней делает. Я больше не мог это терпеть. Я как сейчас помню тот день. Была вечеринка. Я весь вечер пытался найти её. Но её нигде не было. Я спустился в ванную и увидел, как она пытается вскрыть себе вены. Она больше не могла всего этого выносить. Я помешал ей и уговорил бежать со мной, сказал, что люблю её и никогда не обижу. Она доверилась мне. Она поверила мне. Через неделю я всё подготовил к побегу и думал, что всё получится. Я ждал её в условленном месте, но она так и не появилась. Дракон узнал про мой план. Он и его подручные жестоко расправились с Лили. Очень жестоко. Я же поклялся отомстить. Я был одержим. Я хотел убить Дракона. Он хотел убить меня. Меня перехватил Генерал Кообс. Но благодаря Хантеру я остался жив. Меня связали и выслали на корабле в Корею. С тех пор я тут. Генерал сделал так, что меня депортировали из страны. Я не могу пересекать границу США. Генерал оставил меня в живых лишь потому, что Хантер убедил его. Когда-то я помог Хантеру, и он был передо мной в долгу. Он мог сдать меня Дракону, но он не сделал этого. Лучше бы сдал. Жить с этим грузом невозможно. Все мои попытки нанять профессионала и убить Дракона проваливались. Генерал Кообс! Он везде. Он никогда не позволит убить его. Слишком много денег там крутится. Все продажны. Я всю оставшуюся жизнь буду винить себя в смерти женщины, которую буду любить вечно. Винить себя за то, что я не могу ничего исправить. За то, что не могу отомстить.