— Тогда до завтра, — кивнул Алексей, не отрывая взгляд от экрана продолжающего звонить телефона. — Ты тоже звони, если что.
“Не нравится мне этот звонок", — подумал он, однако решил все же ответить неизвестному, но настырному абоненту.
— Говорите, — предложил он, подключая соединение.
"Hey, Alex, — услышал он в динамике голос. — Это я, Леонид. Ты помнишь меня?"
— Hello, — без особого энтузиазма отозвался Алексей, вспомнив кому принадлежит этот хрипловатый баритон с характерным акцентом, который не смогло исправить даже нахождение среди пары сотен американских уголовников, отбывающих наказание в тюрьме штата Иллинойс.
— Как дела? Скоро на свободу?
— Черта с два. Наоборот, пытаются накинуть еще пару статей. Знаешь, я был лучшего мнения о вашей Фемиде. А про адвокатов и вовсе молчу. Вот кого и надо называть организованной преступностью, так это их. Я уже потратил на них столько, что если сложить баксы в стопку, получится высотой со статую Свободы.
— Кстати… А как же ты смог связаться со мной? И откуда узнал этот номер?
— Это хорошо, приятель, что ты сам начал разговор, — отозвался невидимый собеседник. — В ваших тюрьмах, если есть деньги, можно достать что угодно. Впрочем, как и в наших, — хохотнул голос. — Но не о том речь. Разговор пойдет о другом. Признаюсь, когда я влез в твои разборки, я вовсе не думал, что все так серьезно. Ну мало ли, что бывает. Тем более, что мне вовсе не помешал крючок для Синдиката. Но сегодня на меня вышел человек, который представляет весьма влиятельных… лиц. Назовем их так. Это очень, очень серьёзные люди. Круче наших колумбийских партнеров. И знаешь, они недовольны. Твой спор с их младшим партнером неожиданно превратился в большую проблему. Ты умудрился привлечь их внимание и, мало того, вызвать недовольство.
— Похоже, что ты, возможно, сам того не желая, стал угрозой для их бизнеса. Похоже, что тот, кого ты прижал, решил сыграть на опережение и пожаловаться своим контрагентам на тебя. Якобы ты угрожаешь ему… и все такое. А тут еще и Синдикат…
— Ты не мог бы пояснить, что у вас за проблема с этим… как его. Но не суть. Просто я должен понять, стоит ли мне принимать во внимание их претензии, или дело обстоит несколько иначе.
— Ах вот оно что… — покачал головой Алексей. — Выходит, он решил все же доложить своим партнерам о возникшей угрозе. Ну что ж, тогда и я могу считать себя свободным от обязательств. Я обещал ему не рассказывать никому про наш небольшой спор. Но твой звонок в корне меняет дело.
— Поверь, я не виноват, что этот идиот хранил такие данные на своем компьютере. — закончил он рассказ. — И вообще, я не понимаю, из-за чего они подняли волну? Пятьдесят миллионов — не настолько большая сумма, чтобы он не смог смириться с ее потерей.
— При чем тут деньги? — нарушил паузу собеседник. — Дело в этих счетах. Если эти данные вдруг станут достоянием, то может пострадать их бизнес. А они не хотят допустить даже намёка на такую возможность.
— И что теперь? — решил не затягивать разговор Алексей. — Ты сольешь меня?
— Понимаешь, одно дело помочь в наших, мелких, разборках или протолкнуть по зеленому коридору контейнер с не совсем законным товаром, а другое — связываться с такими людьми…
В голосе Леонида прозвучала досада: — Я, правда, хотел бы тебе помочь… Но не знаю как.
— Хорошо, — Алексей на секунду задумался: — Предлагаю сделку: Я помогу тебе, ты поможешь мне.
— И как же ты мне поможешь? — уже без особого энтузиазма спросил один из крупнейших авторитетов бывшего Союза.
— Я вытащу тебя из тюрьмы, а ты, в свою очередь, решишь вопрос с теми, кто озабочен конфиденциальностью тех данных. Выступишь поручителем.
— Вот это заявка, — уже куда не так решительно отозвался голос. — Ты понимаешь, что все очень серьезно. Конечно, в моих силах тебе помочь. Но тогда придется напрячь все свои возможности. Но ты правда в состоянии выдернуть меня отсюда?
— Надеюсь, что да, — Алексей постарался, чтобы его ответ не вызвал сомнения у слушателя. — Но это еще не все. Прикрыть меня от гипотетической угрозы это, конечно, дорого стоит. Но на кону двадцать лет отсидки. В Иллинойсе, где нет УДО, и кроме того, сидишь ты за Федералами. И ты должен понимать, что мне придется постараться. Очень постараться. Так, как я еще ни разу в жизни не старался. Это ты тоже должен понять. И, в свою очередь, хочу получить не только крышу, но и нечто большее.
— И что?
— Я намерен организовать тут, в России небольшой бизнес. Признаюсь, не совсем законный. Однако он никак не будет пересекаться с интересами вашего сообщества. Ну или почти не будет.