— Да, конечно, — с готовностью отозвалась Светлана, однако сбилась, и закончила уже после недолгой паузы. — Могу я спросить, а почему это не может сделать ваш штатный психолог? Нет, я не сомневаюсь в целесообразности ваших распоряжений, просто мне будет легче понять, как вести себя с объектом обследования, если я буду хоть немного более информирована.
— Скажем так… — Алексей откинулся на спинку кресла, взглянул в окно, завешенное тонкой тюлевой шторой. — Он сейчас находится в несколько расстроенных чувствах и приглашение на беседу к нашему специалисту может принять несколько неадекватно. Закроется, начнет подсознательно строить барьер… Ну вы меня понимаете. А с вами, кого он совершенно не знает, возможно будет более спокоен.
— Да, первичный настрой на общение между врачом и пациентом в психологии значит очень много. И влияет на достоверность выводов. — Согласилась она. — Можно тогда еще один вопрос. Простите, конечно, я слишком вольно веду себя с руководителем вашего ранга, но мне и правда важно получить ответ на этот вопрос.
— Что-ж, спрашивайте. — Отозвался Алексей.
— Почему все же вы уделяете столько внимания простой практикантке. — Спросила она слегка покраснев. — Да, я помню, что вы уже сказали мне о нашей первой встрече, но, я ведь не зря училась столько лет психологии, и уже умею анализировать взаимосвязь поступков.
— Значит вас не удовлетворил мой ответ? — вновь усмехнулся Алексей, — ну хорошо, тогда придется открыть все карты.
Он взглянул на неподвижно сидящего за столом Григория. — Это, кстати, полезно будет услышать и вам. Помнится вы спрашивали меня о мотивации моих действий.
— Простите, что касаюсь болезненной темы, ведь после трагической смерти вашего отца прошло всего несколько месяцев, без этого никак. — Начал Алексей. — Вы наверняка знали, кем и где служил ваш отец до своей отставки?
Светлана едва заметно нахмурилась, но сдержалась и лишь молча кивнула.
— Тогда вам не нужно будет долго объяснять, что не всегда те люди, которых мы знаем являются теми, кто они есть на самом деле. И я не открою большой тайны, слишком многие ее уже знают, когда скажу вам, что на самом деле меня зовут не Янош Новотны, а Алексей Николаев. Когда-то, давно, я был товарищем твоего отца. Потом правда мы долго не виделись, и вновь встретились лишь недавно. Так уж вышло, что мне пришлось какое-то время жить за границей.
— Так вот почему ваше лицо показалось мне таким знакомым. — С каким-то непонятным облегчением вырвалось у Светланы. — Я видела ваше фото среди старых фотографий папы. Там вы с ним еще совсем молодые, стоите возле фонтана, в каком- то парке. А еще с вами была девушка. Отец редко доставал эти фото. Только за несколько недель до его гибели вдруг отыскал. Оно лежало у него на столе. Тогда я его и увидела. Помню спросила еще, кто это с ним? А он отшутился. Сказал, что это было так давно, что и сам не помнит. А потом разговор зашел про другое.
— Так вы были?.. — она не стала продолжать, но суть вопроса была понятна и так.
— Видишь-ли Светлана… — Произнес Алексей и внезапно рассмеялся сообразив, что невольно почти дословно процитировал знаменитую фразу капитана Кольцова. — Давай оставим этот вопрос без ответа. — Заключил он. — Куда важнее тот факт, что он может объяснить мой интерес к твоей судьбе. И попытку помочь в становлении. Ты ведь понимаешь о чем я?
— Огромное вам спасибо. — С чувством ответила она. — Знаете, после смерти моего папы нам ведь никто даже не позвонил. Все будто пропали. Ни с его бывшей работы, никто. А потом оказалось, что у него огромные долги. И эти долги пришлось хоть как-то гасить. Мы продали почти все, что у нас было. И дачу, и машину. Был еще участок для строительства дома. Поэтому сейчас мне невероятно важна эта работа. И я благодарна вам.
— Знаете, мне и правда стало значительно легче, когда вы сказали. — Смущенно добавила она. — Просто мне не хотелось, чтобы возникли какие-то нелепые слухи. Что я добилась этого направления на работу в успешную фирму не совсем приличным способом.
— В смысле? — озадачено уставился на нее Алексей. — Ах вот оно что? А я то думаю, почему вы так настойчиво пытаетесь выяснить… Ну извините, и в мыслях не было вас скомпрометировать. Павел, хоть жизнь и развела нас на какое-то время, в молодости был моим товарищем. Поэтому я и решил помочь вам. Ноя уже повторяюсь. — Он поднялся, взглянул на висящие над дверью часы. — Простите, но дела. Так мы договорились? И имейте в виду, это задание и вправду имеет большое значение. Не только для вас, но и для самого, как вы его назвали, объекта исследования, и для фирмы. Поэтому прошу отнестись со всей серьезностью.