Действительно, казалось, будто он спит, и он был очень похож на мистера Фурца, с той разницей, что он не улыбался, как обычно, а его лицо как будто припудрили. Мне все время казалось, что он в любой момент откроет глаза и жутко рассердится, что мы все таращимся на него.
Я ни разу в жизни не видела в одной комнате столько цветов. Цветы были везде – в гробу («Чарлзу Рэндольфу Фурцу от любящих детей»), корзины гладиолусов на полке за гробом, а затем около сотни других корзин с цветами по всей комнате.
Я принялась разглядывать эти корзины: к каждой из них была прикреплена карточка, на которой было написано, от кого она. Надписи были такие: «Светлая память», «Покойся с миром», «Нашему дорогому». Всё это удручало. Такое ощущение, будто люди писали все эти прощальные записки в надежде на то, что мистер Фурц их услышит. Самое смешное, он выглядел так, будто и впрямь всё слышал! Я смотрела на эти карточки – вдруг хотя бы на одной из них написана правда: «О, как это ужасно!», или «Я хочу, чтобы ты был жив», или «Это самое худшее, что могло случиться в мире». Но, увы, ничего подобного.
Обернувшись, чтобы обратить на это внимание Денниса, я заметила, что Карл Рэй смотрит в гроб и трёт пальцем бронзовую табличку на боку гроба. На табличке были инициалы мистера Фурца: ЧРФ. А потом Карл Рэй протянул руку и коснулся руки мистера Фурца!
– Карл Рэй! – одёрнула его я.
Он отпрянул. И знаете что? Карл Рэй плакал! Должна признаться, я тоже едва не заплакала, когда увидела мистера Фурца, но ведь Карл Рэй его почти не знал! Я в течение минуты почти любила Карла Рэя, ведь он смог заплакать из-за мистера Фурца.
Мама стояла рядом с папой, и они оба плакали. До этого я ни разу не видела, чтобы папа плакал, и мне стало грустно.
Они велели нам, детям, идти домой, потому что они задержатся ещё ненадолго, и мы зашагали по улице. Я удивилась, увидев, что Карл Рэй держит Томми за руку.
– Ты видел покойника? – спросил Дуги у Томми.
Томми кивнул. Его глаза были размером с блюдце – ему явно не понравилось то, что он увидел. Затем Томми повернулся к Карлу Рэю и спросил:
– И что с ним будет потом?
– Его похоронят, – ответил Карл Рэй.
– Где?
– На кладбище, зароют в землю.
– Он останется в этом ящике?
– Угу.
– А как же небо?
Карл Рэй посмотрел на небо, а потом снова на Томми.
– А что с небом?
– Когда он туда попадёт?
– Думаю, скоро, – ответил Карл Рэй. Томми пристально смотрел на лицо Карла Рэя:
– А как он попадёт туда из земли?
Карл Рэй даже глазом не моргнул:
– Бог придёт и заберёт его душу.
Томми кивнул.
И тогда я представила Зевса, как он спускается с небес с лопатой, копает землю, вытаскивает гроб, берёт мистера Фурца за руку и улетает с ним в облака, совсем как Супермен. Вот это зрелище!
Но теперь, когда я снова дома, а за окном темно и мне нужно ложиться спать, мне совсем не нравится то, что, когда закроют крышку и опустят гроб в землю, мистер Фурц останется лежать в том ящике, а миссис Фурц, Кэти, Барри и Дэвид будут по-прежнему жить в своём доме.
И пытаюсь представить, что чувствует мистер Фурц. Знаю-знаю, он ничего не чувствует, ведь он мёртв, но он должен знать, что вокруг темно, или что он не может дышать, или что все плачут и горюют, что его больше нет. Ему снятся сны? Или он просто ждёт, когда кто-нибудь придёт и заберёт его душу?
Суббота, 30 июня
Сегодня мистера Фурца похоронили. На кладбище ходили только мама и папа. Они решили, что нам, детям, лучше туда не ходить, потому что вчера нам всем снились кошмары. (Всем, кроме Карла Рэя, который, если даже они ему и снились, не признался в этом, и Мэгги, которая не ходила в траурный зал.)
В моём сне (или в ночном кошмаре) я брела по какому-то лесу. Шёл снег, очень холодно, и я заблудилась. Я всё время искала моих родителей и звала их:
– Мама! Папа!
В лесу не было никаких тропинок и было темно. Мне показалось, будто за деревом мелькнул Карл Рэй, и я позвала его по имени и подбежала к дереву, но когда я там оказалась, он куда-то исчез.
– Карл Рэй! Спаси меня! Спаси меня! – закричала я.
А потом я села прямо в постели, и Мэгги удивлённо уставилась на меня и сказала:
– Эй, проснись!
Деннис рассказал, что ему приснилось, будто кто-то запер его в гараже и люди всё время заглядывали в окно, но он не мог слышать, что они говорят, и они не выпускали его. Дуги признался, что во сне собирал на огромном поле цветы, когда вдруг с неба спустилась большая чёрная птица и начала клевать ему голову.